— Мой долг охранять вас, Мелиндора Сребролунная.
— Твой долг слушаться своего сердца, Бельтан Кейлаванский. И тебе не следует об этом забывать.
Бельтан грустно улыбнулся.
— В таком случае, сейчас мое сердце никому не нужно.
— Откуда ты знаешь? Ты его спрашивал?
Бельтан ничего не ответил, но Грейс поняла, что она и так слышала слишком много, и отступила на шаг. Рука Бельтана потянулась к рукояти меча.
— Я что-то слышал.
Мелия остановила его легким прикосновением руки.
— Ничего страшного, Бельтан. Испуганное животное, не более того.
— Вы уверены?
Янтарные глаза взглянули в сторону Грейс.
— Да, совершенно.
Подхватив юбки, Грейс повернулась и торопливо пошла обратно. Вернувшись в башню, она нашла свое место и улеглась. Она уже собралась закрыть глаза, когда заметила два янтарных огонька; котенок все еще сидел рядом с Тирой и смотрел на Грейс.
— Она меня видела, — прошептала Грейс. — Как ты сейчас.
Котенок лизнул лапу. Грейс вздрогнула и поплотнее завернулась в одеяло. И всю ночь ей снились янтарные луны, наблюдавшие за ней с неба цвета оникса.
ГЛАВА 58
На третий день после того, как они покинули Серую Башню, гряда Рассветных гор резко повернула на север, и путешественники последовали за ней.
Тревис вздохнул, глядя по сторонам с мерно раскачивающейся спины своего скакуна. Земли вокруг были красивыми и пустынными. Раньше ему на глаза попадались одинокие мазанки или развалины старой стены, но сейчас все следы цивилизации исчезли.
— Прошло больше тысячи лет с тех пор, как отсюда ушли люди, — сказал Фолкен, стараясь перекрыть стук копыт, когда Тревис подъехал к барду и спросил его об истории этих земель. — Мы миновали Толорийские болота и находимся рядом с Рассветным морем и южными областями Дикого побережья. Когда-то их называли Дан-Дордурун, что на языке местных жителей означало Срединная Земля.
Тревис взглянул на покрытые туманом вершины гор и холмистые равнины под ними. Одинокий ястреб парил в бескрайнем синем небе, влекомый потоками ветра, несущего с собой слабый, но острый запах соли и океана.
— Кем были люди, населявшие Срединные Земли, Фолкен?
Бард посмотрел на далекую и такую идеально ровную горную гряду, что она просто не могла быть естественной. Лирит и Бельтан подъехали поближе, чтобы услышать рассказ барда.
Ветер играл короткими седыми волосами Фолкена.
— Те, кто их помнит, дали им имя «могримы», что означает дикие. Но они называли себя гал-хин-гал, что, насколько я знаю, переводится как истинный народ. Боюсь, о могримах мало известно.
Бельтан рассмеялся.
— Готов поставить свой меч, Фолкен, что все сведения об этих людях прячутся внутри твоего черепа.
— И ты бы выиграл, — с улыбкой сказала Мелия, направляя к ним свою белую кобылу.
Теперь рядом с бардом оказались почти все: Грейс с Тирой и Эйрин. Лишь Дарж ускакал вперед на разведку.
— И что с ними сталось? — спросил Тревис. — С могримами?
Фолкен улыбнулся, глядя на нетерпеливые лица.
— К сожалению, должен вас разочаровать, я не знаю. К тому времени когда народ Тарраса начал путешествовать на север от Фаленгарта, могримы уже стали древней историей. Кое-кто считает, что они скрылись в Сумеречных Царствах вместе с Маленьким народцем. Но я боюсь, все гораздо прозаичнее: они постепенно выродились и вымерли, как и многие другие народы.
Тревис нахмурился.
— И все?
— Далеко не каждая легенда оказывается красивой. — Бард вновь посмотрел на идеально ровную горную гряду. — Конечно, многие пересказывают друг другу истории о том, как в сумерки кто-то видел тени в лесах или горах. Таррасцы называют их гоблинами. Но я встречал людей, которые считают эти тени и духи могримами, обитающими в самых дремучих лесах и на вершинах далеких гор, полых, как говорят, внутри — лишь дикие знают, как отыскать входы и их открыть.
В небе у них над головами одинокий ястреб издал протяжный крик.
Сразу после полудня Тревис заметил великана. В животе у него урчало, и он уже собрался пожаловаться Мелии и Фолкену, несмотря на строгие взгляды, которыми его, несомненно, наградили бы в ответ, когда всадники выехали на вершину холма, и перед ними открылась неглубокая лощина. Земля сбегала вниз, к узкому ручью, а потом вновь начинался подъем. Именно там, на зеленой траве, отдыхал великан. Тревис разинул рот от изумления и тут же услышал удивленные восклицания своих спутников.