Я наполовину взволнована тем, что собираюсь заняться чем-то новым, и наполовину расстроена тем, что покидаю Монумент, когда Коул находится за этими стенами.
Это глупо, но это правда. И это еще один признак того, что для меня, вероятно, лучше всего уйти.
Я беру заранее приготовленную сумку, которую обычно ношу с собой, а Брианна берет свою дорожную сумку. Затем мы идем по тихим улочкам городка, пока не доходим до главных ворот.
Первое, что я вижу — это Коул. Он стоит там и разговаривает с охранником.
Что, черт возьми, он здесь делает?
— Да будь он проклят, — бормочет Брианна.
Коул нас заметил. Он наблюдает за нашим приближением, его пристальный взгляд нервирует. Затем он делает жест головой в сторону, и я точно знаю, что он хочет сказать.
— Тебе не обязательно с ним разговаривать, — говорит Брианна.
— Я в курсе. Быстренько узнаю, чего он хочет, и потом мы уйдем. Я в порядке, Брианна. Правда в порядке.
— Хорошо, — она не выглядит довольной, но не спорит. Она отходит в сторону, а я направляюсь туда, куда отошел Коул.
— Куда ты идешь? — хрипло спрашивает он.
— У Брианны вылазка. Я иду с ней.
— Почему?
— Почему бы и нет? Какое тебе до этого дело?
— Там опасно. Может показаться, что становится все безопаснее, но все равно опасно.
— Я знаю, что там опасно. Мы умные. С нами все будет в порядке.
Он открывает рот, и я знаю, что это для того, чтобы возразить еще раз.
— Ты не имеешь права решать, что я делаю, а что нет. Вот так мы живем свою жизнь. Вот уже два года мы прекрасно обходимся без тебя. Если ты решил материализоваться снова, это еще не значит, что ты можешь претендовать на роль нашего защитника. В прошлый раз я говорила совершенно серьезно.
— Ты мне не доверяешь, — его голос как никогда напоминает хриплый рокот гравия.
— Верно. Я тебе не доверяю. Я ценю все, что ты делал для нас раньше, но это не дает тебе права вмешиваться в мою жизнь сейчас. Я самостоятельный человек и сама принимаю решения. Мне больше не нужна твоя защита.
Что-то искажается на его лице, в мускулах челюсти. Я вижу это, хотя это всего лишь легкое движение.
Коул не то чтобы зол, но испытывает какие-то глубокие чувства.
— Так что ты можешь идти и заниматься своими делами. Продолжай искать своего брата. Я очень надеюсь, что ты найдешь его. А я буду заниматься своими делами, — я замолкаю на мгновение. — И мои дела — это больше не ты.
Он стоит как статуя. Как гранит. Смотрит на меня, но ничего не говорит и даже глазом не моргает.
Я вздыхаю и отворачиваюсь, возвращаясь к своей сестре и жизни, которую мы построили для себя.
Возможно, это не совсем то, чего мы хотим, но последние два года мы были в безопасности. Мы сами принимали решения о том, что с нами происходит.
И я никогда не думала, что нам снова будет дозволена такая роскошь.
Глава 6
Мы с Брианной идем через лес.
У нас нет другого транспортного средства, кроме велосипеда, и даже если бы что-то имелось, бензина все равно нет. Все дороги сейчас в таком плохом состоянии, что от велосипедов обычно больше проблем, чем пользы. Быстрее и проще дойти пешком туда, куда нам нужно.
В любом случае, в стороне от дороги легче оставаться незамеченными.
Брианна знает туристические тропы в этом регионе гораздо лучше, чем я, поэтому я доверяю ей составление маршрута. Мы направляемся на юг по старой горной тропе, и я наслаждаюсь физической нагрузкой и прохладным утренним воздухом, который стал намного чище, чем раньше. День обещает быть жарким, но солнце все еще низко над горизонтом. Небольшой холодок в воздухе как раз подходит для пеших прогулок.
Я рада, что Брианна предложила мне пойти с ней.
Я рада, что могу ненадолго выйти из города.
Может быть, Коула уже не будет, когда я вернусь.
И, может быть, я никогда его больше не увижу.
От этой последней мысли у меня внутри все сжимается, но я целенаправленно очищаю свой разум, пока снова не расслабляюсь. Все в порядке. Все хорошо.
Настолько хорошо, насколько это вообще возможно в этом жестоком мире.
Брианна сегодня утром неразговорчива, но это поднимает мне настроение. Я не из тех людей, которым нужны постоянные разговоры, и мы с сестрой всегда понимали друг друга с полуслова.
Сейчас она на задании. Возможно, это не вопрос жизни и смерти, но это ее работа, которую она должна выполнять. Ее голубые глаза блестят, а щеки порозовели. Она хорошо проводит время.