Будучи единственной и любимой дочерью своего отца, я обучена многому. Мои сверстницы вышивали и радовались знакомству с очередным красавчиком, а я в это время желала лишь самостоятельности и независимости. Мне всегда хотелось отправиться в путешествие, повидать мир, а для этого нужно было показать отцу свою умственную и физическую подготовку. Сейчас я уверена в себе, хотя понимаю, что будь я мужчиной, было бы гораздо проще.
Делать нечего, пойду успокаивать разбушевавшийся народ. Стены нашей крепости изнутри имеют множество проходов и соответственно выступов. Вздохнув, я спрыгнула на ближайший, а потом ещё ниже и ещё, сделала кувырок и оказалась внизу. Двое мужчин уже катались по полу, но никто не делал попытки их расцепить. Где же охрана? Почему их до сих пор нет?
— Я, Солния Лаварея, дочь Геральда Лаварея, призываю вас к порядку и уважению! — прокричала в толпу безумцев, делающих ставки.
Тарисианец и нигруаг перевели внимание на меня. Они перестали изображать из себя коврики, поднялись на ноги и поклонились. Первым заговорил нигруаг:
— Этот тарисианец оскорбил меня! Прошу его выпороть!
— Чем вас оскорбили? — задала вопрос.
— Он прилюдно назвал народ Нигруагии поверженным скотом!
— Это правда? — перевела взгляд на предположительного виновника.
— Я никогда не отказываюсь от своих слов. Но прошу учесть то, что данные слова произнесены мной в порыве злобы в ответ на оскорбления этого человека.
— Мои слова – правда! Народ Тарисии – это звери, которые умеют только подчинять!
— Зато нас нельзя упрекнуть в предательстве и подхалимстве!
— Остановитесь! Вы находитесь на нейтральной территории! Здесь запрещено любое проявления злобы и агрессии! — не смотря на мои слова, эти двое снова начали подступать друг к другу и оскорблять.
Ситуация ухудшилась тем, что остальные тарисианци и нигруагы последовали их примеру. Это катастрофа! Мне точно влетит от отца. А еще ответственность понесут охранники, которые покинули свой пост и не остановили это. На меня уже не особо обращали внимание. Началась массовая давка, разгневанные люди напирали со всех сторон. Сначала кто-то задел меня так, что слетела накидка, потом прижали к стене какого-то дома. Я увидела возле окна перекладину для белья в полуметре над собой, запрыгнула, подтянулась и села на нее. Что же делать?!
В этот момент со стороны ворот спешили стражники. Во главе ехал мой отец.
— Папа́! Геральд Лаварей! Папа́! — пыталась докричаться, но мой голос утонул в рёве взорвавшейся толпы.
***
Внезапно позади меня кто-то резко открыл окно и две огромные руки затащили меня внутрь дома.
— Аххх…, — невольно выдохнула из-за удара спиной.
— Неужели ко мне залетела птичка, — услышала мужской голос позади.
Я попыталась повернуться, но руки на талии крепко удерживали, не давая лишний раз вздохнуть.
— Что? Зачем вы втянули меня?
— Не мог устоять перед такой соблазнительной гостьей.
— Освободите! Хватит меня так прижимать!
— Как пожелаешь.
Я почувствовала свободу всего на несколько секунд. Затем этот мужлан так резко развернул меня к себе лицом, что мне не осталось ничего другого, как вновь прижаться к нему. Я уставилась на широкую грудь, прикрытую черным костюмом, подняла голову выше и испугалась хищного взгляда мужчины. Едва касаясь, мое тело ощущало исходящую от него силу и мощь, вызывающую некий трепет.
— Солния Лаварея, дочь Геральда Лаварея, — решила представиться, чтобы вызвать толику уважения или испуга.
— Я знаю, — спокойно произнес, приближая мое лицо к своему еще ближе.
— Тогда должны понимать, какие будут последствия, если сейчас же не отпустите, — я снова начала вырываться, но тщетно.
— Ты – моя птичка, которая так вовремя появилась, — произнес и хотел поцеловать в губы, но я увернулась, из-за чего поцелуй пришелся на щеку.
— Какие-то игры у вас ненормальные. Кто вы и зачем удерживаете?!