— Тьфу! — Дариус сплюнул полный рот кровавых слюней. — Хотя бы зубы целы! — попытался он усмехнуться, понимая, что челюсть, нос и все мягкие ткани во рту словно побывали в руках лавочника-мясника, а он — та баранья туша, из которой хотели сделать котлету.
— Почему ты голодаешь? — задала вопрос рыжеволосая женщина, стоя напротив Каэля. Вампир прятался под кронами густого каштана, ловя редкие солнечные блики.
— Мне надоело подчиняться неконтролируемой жажде, — ответил он, запрокидывая от удовольствия голову. Здесь, на холме, было так хорошо. Свежий воздух трепал вьющиеся волосы, свет приятно обжигал холодную кожу, и тишина заполняла сознание.
— Так дело всего-то в контроле, — ухмыльнулась Айлин и приятно улыбнулась. — А я уж решила, что тебя предали и изгнали свои же.
— Изгнание? — задумался он. — Наверное, так и будет, продолжи я голодать.
— В нашей долине спокойно. Ты единственный вампир на многие мили. Никто тебя не обидит, но так просто ты здесь оставаться не можешь, — женщина внезапно стала строгой. Каэль приоткрыл глаза и внимательно посмотрел на неё.
— Что я должен сделать, чтобы остаться?
— А-а-а! — снова закричал Грейвс во всю силу своего голоса, едва не разрывая от мук глаза. Горло жгло и саднило. Он зацарапал длинными пальцами по своей шее, плотно сжимая зубы. Роуз продолжала лежать под ним, раскинувшись на полу. Черты её лица выглядели безмятежно, и вампир вспомнил это чувство — жажда!
Грейвс молниеносно отскочил от мисс Эванс и забился в угол поближе к камину.
— Сосредоточься, вампир! Сосредоточься на боли, что тебя пронзает! — прозвучал голос в свете луны под большим деревом. Из руки Айлин стекала каплями кровь. Она держалась поодаль от привязанного к толстому стволу Каэля. Его правое плечо было пробито колом насквозь.
— Не могу! — рычал он, злобно стискивая зубы.
— Злись, давай! — командовала женщина. — Не на меня, а на кол, который удерживает тебя. На верёвки, пропитанные святой водой!
— Тебе так нравится истязать меня? — измученно посмеялся вампир. — Ты могла бы приказать мне забыть о жажде. И я бы навсегда освободился от этих оков.
— Ждёшь, что я буду милосердна к тебе? — ухмыльнулась она и вытянула вперёд окровавленную руку, сводя вампира с ума от желания. — Думаешь, я не знаю? Ты — Каэль Грейвелл, граф и покровитель Башни теней. Сумеречный лорд. Не жди, что я облегчу тебе задачу. Кроме того, ты, должно быть, на это и рассчитывал.
— Меня раскрыли, — оскалился он в зловещей усмешке, содрогаясь влажным бледным торсом.
— Ты хитростью проник в мой дом. И ждёшь, что я сделаю всё за тебя?! Сам обуздай свою жажду! — в гневе закричала она, и вампир вырвался на свободу. Острые когти устремились к Айлин.
— Замри! — приказала она, и Каэль, будто ослеплённый ярким светом, остановился как вкопанный.
— Хорошо, — довольно заулыбалась женщина. — А теперь исцели! — она протянула вампиру кровоточащую руку, и он поцеловал её, залечивая свежие раны.
— На сегодня закончим, — сообщила Айлин и накинула на голову широкий капюшон. — Вернёмся к нашим занятиям следующей ночью.
— Не лучше ли заниматься днём? — спросил он, надевая белую рубаху через голову. — Это менее опасно.
— И какой тогда смысл?! Жажда берёт над тобой власть с наступлением ночи. Не слушай уговоры крови, следуй за болью. Пока она тебя поведёт, а когда в твоей жизни появится любимая женщина, думай о ней, а не о жажде.
— А что, если ей станешь ты? — продолжал ухмыляться он.
— Твоё обольщение не сработает, Каэль, — выкрикнула она. — У тебя красивое лицо, но на этом всё! Заклинатель и вампир никогда не смогут быть вместе. Единственное, что нас связывает — это желание убить друг друга.
Кайден закрывал глаза, продолжая тяжело дышать. Тело начало расслабляться. Спазм, сковавший всю мышечную ткань под его бледной кожей, стих. Пот градом стекал по его лбу, шее, груди. Опасность миновала. Выдохнув, он прижал влажные ладони к стене и, поднявшись на вздрагивающие ноги, пошатываясь, пошёл к Роуз.
Грейвс понимал, что её нельзя оставлять на холодном полу. Он поднял её хрупкое тело и заключил в свои объятия.