Внезапное ощущение опасности буквально пронизывает насквозь и заставляет волоски на затылке встать дыбом. Не оборачиваюсь, не показываю, что почувствовал, но точно знаю, что за спиной стоит кто-то очень и очень опасный.
— Какая очаровательная попа!
А вот теперь можно обернуться только для того, чтобы натолкнуться на крайне ехидное выражение на чудовищно-прекрасном или прекрасно-чудовищном лице. Ассасин, чистокровная, или же нет? Слишком низкая для дроу, едва ли она будет выше Раэля и чрезвычайно тонкая в кости. Кто отметился в твоей крови и как давно?
— Полагаю Мастер Бризйра?
Узкая бровь немного дергается, а потом дроу поворачивает голову и вопросительно смотрит на братьев.
— Сестра, йелла Иллири Вауу хочет предложить контракт.
Фамильярное обращение от мужчины? Удивительно, но кажется, по меньшей мере, старший брат допущен в личный круг.
— Вот как. Охрана или… наоборот?
— Охрана. И еще кое-что.
— Я вас внимательно слушаю, йелла Иллири.
— Отойдём?
— У меня нет секретов от братьев.
Если бы не годы тренировок и недавний мастер класс от Малого Совета, выражение лица я бы не смог проконтролировать. А так ничем не выдаю недоумение.
— Как скажете. Мой младший брат, йелла Раэль нуждается в защите и наставлении.
— Срок?
— Пока два года, с возможностью продления.
— Угроза?
— Не выяснена до конца. Но было два покушения — сначала на него, потом на меня.
— Профессиональные?
— Трудно сказать. С одной стороны, да, исполнитель подобрался вплотную к брату. С другой стороны, не очень — были допущены грубые ошибки и просчёты. Ни я не брат никак не пострадали.
— Хм. Хорошо. Α о каком наставлении идет речь?
Позволяю себе скупую улыбку:
— Раэль слишком долгое время пренебрегал физической подготовкой — это нужно исправить.
— Телосложение?
— Хрупкое. Примерно одного с вами роста и точно не шире, и не мощнее.
Назвать ассасина «хрупкой», означает склонность к самоубийству с особой жестокостью, но удержаться не могу, за что удостаиваюсь долгим и тяжёлым взглядом, но как не странно, больше никаких последствий.
— Тогда лучше всего парные клинки. Это и моё первое оружие.
Ага, всё же шпильку поймала, но предпочла проигнорировать. Сдержанная дроу, значит не молодая, как бы не выглядела.
— На ваше усмотрение.
Мастер кивает и задает еще один уточняющий вопрос:
— Уровень?
— Текущий? Отвратительно. Желаемый — минимум при поступлении в Военкад. Вряд ли даже вам удастся добиться большего.
Небольшой прогиб в сторону дроу нe лишний, а то дразнить горную пуму, конечно весело, но получить по морде не хочется. Но кажется, в голосе прорезалась лишняя ирония, так что Мастер не выглядит довольной.
— Посмотрим.
Значит ли это, что она согласна? Но дроу молчит и даже отводит от меня взгляд, рассматривая что-то за моей спиной. Не оборачиваюсь, и как оказывается очень зря.
— Кого я вижу. Неужели это кто-то из Вауу? Как мило, руководство озаботилось приглашением развлечения?
Дракон, а кто же ещё. Молодой, что видно по коротким пшеничным волосам и слишком светлым жёлтым глазам. Золотой дракон? Неужели я тут не единственный из Правящих?
— Чего уставилась, подстилка? Не знаешь своего места? Или хочешь побыть дежурной шлюхой?
Вауу ненавидят драконов, драконы отвечают взаимностью. Вот только сейчас у них больше власти, а значит и больше наглости и чванства. Не стоит ввязываться в свару, но зов крови сильнее.
— Неужели ты уступишь свое место?
Скулы дракона тут же зажигаются красным. Точно из молодняка, матёрые драконы умеют держать лицо, даже с учётом того, что чешуйчатые лишь немногим более сдержаны, чем демоны. В смысле в драку бросаются не после первого оскорбления, а после второго.
Дракон горделиво вскидывает голову и презрительно шипит сквозь искривленные губы:
— Мразззь, как смеешшшь ты говорить сссо мной? На колени!
— Что, прямо тут?
Мой вопрос сбивает дуралея с толку, и он недоуменно смотрит на меня:
— Что?
— Говорю, прямо тут встанешь на колени и обработаешь, или уединимся?
Всё, этого дракону достаточно, чтобы сорваться. Чешуйки проступают на лице, из-под губ показываются клыки, а пальцы вдруг удлиняются опасно поблескивающими когтями. Частичная трансформация? Силён. Вся фигура будто поддёрнута дымкой, глаза светятся двумя маленькими солнцами, но тут сквозь белые клыки вдруг проскальзывает красный, раздвоенный язычок и от чего-то это кажется смешным.
— Чего ерепенишься, ящерка? Так изголодался по твёрдому…
Закончить пошлость мне не дают, дракон всё же бросается с явным намереньем укоротить мне язык самым радикальным образом — оторвав голову. Его когти почти касаются горла, когда я внезапно отпускаю силу. Золотой словно натыкается на невидимую стену — замирает с выпученными глазами, бледнеет, трансформация сходит с него почти мгновенно, зато лихорадочный блеск в глазах сменяет полярность. Бездна, кажется, переборщил.
— Инкуб…
Как любит говорить Раэль — «капитан очевидность». Но следующие слова тут же дают понять, что дракон всё же не совсем дурак:
— Χолодный Соблазн…
Улыбаюсь в лицо золотому, сейчас он меня точно не тронет. Ну как, в смысле вред не причинит, а вот тронуть очень даже хочет. Он вообще сейчас много чего хочет сделать со мной. Разного. Но он в моей власти, а так как молод и горяч, то сбросить дурман силы ему будет очень и очень непросто. Не знаю, чтобы я сделал с зарвавшимся драконом, как низко опустил бы его, если бы не громоподобный голос за моей спиной. Да что же они все так подкрадываются!
— Кадетам запрещено применять силу вне стен учебных залов. Кадет Иллири, немедленно прекратите!
Даже не подумаю. Дракона нужно наказать. Добавляю еще немного силы, от чего и без того круглые глаза золотого буквально вылезают из орбит, а хриплое дыхание уже хорошо слышно всем вокруг.
— Ну что, детка, ты готов для меня?
Видно, что дракон пытается удержать рвущиеся наружу слова, но бесполезно:
— Дааааа, возьми меня…
А вот теперь отпускаю его, давая прочувствовать всю прелесть ситуации — он только что прилюдно попросил, чтобы его отымели. Ну и добивающий удар:
— Прости, но ты не в моём вкусе.
— Кадет Иллири!
Наконец оборачиваюсь к ярящемуся за моей спиной… Кстати, а кто это? Поперек себя шире, относительно низкорослый с короткой стрижкой, зато с бородой, заплетенной в косичку. При этом голубые глаза и золотисто-русые волосы. Это же сколько крови в нём намешано? И тут замечаю преподавательские нашивки на унылой форме. Крэшшш… Кажется я влип…
— Два штрафных балла и недельное дежурство на кухне!
— За что?!
Целых два балла за небольшие разборки, обошедшиеся даже без членовредительства?
— Ещё один штрафной балл за пререкательство со старшим по званию!
Бездна. Молчу.
— Ещё один штрафной балл за неуставной вид!
Это он, о чем вообще??? Я же в форме!
— Ухмылку с рожи сотри, а то сейчас сам её подправлю!
Αх, вот он, о чём. Послушно каменею лицом, но придурку этого мало:
— Чего уставился?! Руку к груди и уставное «так точно»!
Молча смотрю на него. А человеко-гномо-эльф буквально багровеет:
— Два штрафных балла за невыполнение приказа!
Твэрх наз рахмиз! Шесть штрафных баллов из десяти возможных! На ровном месте! Пересиливая себя, выполняю требуемое. Старший всё ещё зло смотри на меня, но тут его отвлекает стон паршивого дракона.
— Кадета Самфарикх в Медчасть. И молись, чтобы без последствий, а то костьми лягу, но вытурю из Военкада! Понял меня?!
Плевать я хотел на Военкад, но договор с Императором… Наученный недавним опытом, прикладываю кулак к груди и послушно рявкаю: