Под страстями понимается простые явления: гордыня, любовь к деньгам, властолюбие, жажда телесных наслаждений. И очень многие мелкие и крупные желания, перерастающие в страсть. Причем, и это очень важно понимать, что христианство не против денег, гордости, власти и продолжения рода. Нет, христианство борется с зависимостью от страстей: просто говоря, это когда гордыня толкает человека на преступление, а любовь к деньгам – к воровству и обману, жажда наслаждений – к разврату и распутству, а власть – ко всем смертным грехам. Рабство – это зависимость от чего бы то ни было, заставляющая человека делать то, что приносит большой и малый вред, как самому человеку, так и окружающим людям.
Однако светское понимание рабства отличается от христианского.
Выше по тексту было отмечено, что справедливость это умственный фантом, который сопровождает наши чувства на протяжении всей жизни в форме, противоположной нашим желаниям. Имеется в виду тот простой факт, что человек всю свою жизнь встречается именно с несправедливостью. Справедливость существует только в мечтах человека. Или в теориях ученых, которые обосновывают умозрительные схемы аргументами ими же самими и придуманными.
Например, теория коммунизма была придумана Карлом Марксом и получила широкое распространение как раз благодаря тому, что опиралась на потребность человека установить справедливость в мире. Туман неопределенности в мозгах марксистов породил такие чудовищные аргументы справедливости, как диктатура пролетариата, социалистическая революция, экспроприация экспроприаторов, интернациональное братство, исторический материализм, руководящая роль коммунистической партии…
Эта теория превратила в рабов не только отдельных людей, но целые народы. Убедиться в этом можно сегодня на примере Северной Кореи, народ которой фактически находится в рабстве у руководителей коммунистической партии.
С другой стороны, марксизм был «выдуман» не с потолка. До него существовали социалистические теории, которые ставили установление справедливости как цель общества, в котором приоритетными задачами объявлялись свобода, равенство и братство. Истоки марксизма находятся в «Декларации прав человека и гражданина». Проще говоря, марксизм – это теория кратчайшего пути достижения справедливости с помощью диктатуры пролетариата. То есть – с помощью насилия.
Многие ученые самоуверенно утверждают, что только в «декларации прав человека и гражданина» и в конституции Соединенных Штатов впервые в истории человечества были провозглашены права и свободы человека, борьба за которые привела к тому, что рабство было отменено.
Так ли это?
Демократия, как форма управления обществом, возникла и применялась тогда, когда рабство было естественным явлением и воспринималось людьми как само собой разумеющееся обстоятельство жизни.
Все другие общественные формы также предполагали рабство. Рабство было в порядке вещей, а рабы приравнивались к товару и оценивались как вещь или предмет.
Нас убеждают, что демократия как одна из форм управления людьми развивается. Если до двадцатого века пользоваться правом голоса могли только граждане мужского пола, и только имеющие имущество – дом, землю, средства производств…, то сегодня картина изменилась. Рабов нет (не спешите верить), а женщины уравнены в правах с мужчинами. Право голоса дали даже уголовникам, бомжам и проституткам. Очевидно, эти факты свидетельствуют о развитии, прогрессе и эволюции!
Но…! Рабство нельзя воспринимать как причину несправедливости. Очевидно, что рабство является следствием несправедливости. Что же тогда является причиной рабства и несправедливости?
Для меня, очевидно, что причины несправедливости (в обыденном понимании этого слова) находятся в той области человеческой деятельности, которая связана с насилием. Насилие – это когда человек применяя силу (волю, разум, власть), принуждает другого человека делать то, что приносит ему выгоду (прибыль, пользу, наслаждение).
Если существует процесс развития демократии, то легко предположить, что существуют и прогрессирующие формы рабства. Вряд ли сущность человеческая изменилась на протяжении тысячелетий. Но если суть не изменилась, то почему мы отвергаем проявление этой сути?
Получается удивительная картина: эксплуатация человека человеком есть, а рабства нет. Принуждение есть, а рабства нет. Торговля есть (спортсменами, детьми, женщинами), а рабства нет. Одни люди, игнорируя или подавляя волю других, заставляют их работать и приносить прибыль, а мы почему-то убеждены, что это не рабство.
Для западной цивилизации рабство, в простом и ужасном его проявлении, как физическое насилие, существовало до конца девятнадцатого века. И вдруг пропало. Исчезли картины черных полуголых людей на плантациях. Исчезли надсмотрщики в сомбреро и с длинными кнутами. Появились законы запрещающие продавать и торговать людьми. На этом основании внимательные наблюдатели стали утверждать, что рабство исчезло. Само собой, - благодаря завоеваниям демократии и распространению прав человека.
Возможно, в том виде и формах, к которым люди привыкли, изучая историю по учебникам, рабство исчезло. Но как-то мало верится в чудеса. Если сущность человеческая в принципе не изменилась, значит, не изменились в принципе и отношения между людьми. Изменились формы взаимоотношений, но не их суть.
Таким образом, есть все основания предполагать, что рабство, как и демократия, приобрели другие формы.
Давайте кратко разберемся в сути современного рабства и ответим на вопросы, с которыми читатель уже познакомился. Главный из них и самый простой: что такое рабство?
Конвенция «О рабстве» принятая в ввела в международный оборот следующее определение рабства и работорговли: «1. Под рабством понимается положение или состояние лица, в отношении которого осуществляются некоторые или все полномочия, присущие праву собственности. 2. Под работорговлей понимаются все действия, связанные с захватом, приобретением какого-либо лица или с распоряжением им с целью обращения его в рабство; все действия, связанные с приобретением раба с целью его продажи или обмена; все действия по продаже или обмену лица, приобретённого с этой целью, и вообще всякое действие по торговле или перевозке рабов».
В данном контексте, концентрационные лагеря, созданные Гитлером, не попадают под определение рабства, потому что люди там не были собственностью, и их никто не продавал. Людей открыто принуждали работать на германцев: избивали, сжигали, травили, расстреливали. Если признать, что фашизм не делал из людей рабов, то, конечно, в современном западном обществе рабства нет. Если в концентрационных лагерях Германии времен Гитлера были не рабы, то кто тогда рабы?
В советском Гулаге людей заставляли работать, и результаты труда использовались в народном хозяйстве. Их трудом были построены великие стройки социализма: Беломорканал, Днепровская ГЭС, добывалось золото и алмазы, строились дороги, заводы и фабрики… Разве труд заключенных не есть рабство, хотя никто из них не был чьей-то (в том числе государственной) собственностью?
Если рассматривать раба, как «говорящее орудие», и как часть имущественного ценза, то в современной Европе рабства нет. Приобрести человека в собственность сегодня запрещено международными законами. Хотя людей продают. Например, спортсменов, ученых, детей. Более того, продают части тела человека.
Почему тогда, когда людьми торгуют, не говорят о рабстве? Потому что, во-первых, спортсмена, ученого или ребенка не приобретают в частную собственность. Во-вторых, потому что продажа людьми осуществляется с согласия этих же самых людей.