Если до боевых действий наёмники ограничивались богатыми храмами, то после победы они перешли границы. Солдаты Classis Libera веселились, как умели.
Инквизитор уже побывала около трёх станций связи. Она воспользовалась трофейным обмундированием и собственной наглостью, но потерпела неудачу. Одна станция подорвана, другая занята наёмниками, третья опустела. Не стоило надеяться на то, что рабочие и специалисты скоро вернутся.
"Попробовать проникнуть в Отряд? Под чужой личиной, как в старые добрые?" – думала инквизитор.
Classis Libera – не первое наёмное войско, которое встречала Жоанна. Обыкновенно они и набирали людей там, где работали. Не отказывались даже от самых бесполезных рекрутов, только чтобы пустить их в расход в следующем бою. Последний факт нисколько не смущал инквизитора. Её профессия была многократно опаснее.
Однако в Кантаврисе Classis Libera никого не нанимал и даже готовился покинуть улей. Жоанна связывала это с безудержной резнёй в первые дни нашествия. Слишком много жителей погибло от рук наёмников.
Донёсся рокот двигателя. Наёмники похватали оставшихся шлюх, и "Химера" сорвалась с места, чтобы доставить экипаж в место гораздо уютнее обожжённых домов.
"Прикинуться шлюхой?" – от подобной мысли Жоанна ухмыльнулась.
Представила себя со стороны. Она увидела хрупкую женщину: тощую низкорослую, в несоразмерно большом панцире наёмника и в широкополой шляпе с пером на бритой голове, грязную, с несколькими ссадинами на лице и кровоподтёком под глазом.
"Нет. Сейчас за тебя, подруга, и гроша ломаного не дадут".
Заурчал желудок. Ко многим проблемам добавился ещё и голод.
Стеснённые и опасные условия. Именно такие, в которых инквизитор привыкла работать.
2
– … и когда скорость ветра достигнет сорока метров в секунду, тогда и переключайся на ручное управление. Не дай, Бог-Император, это произойдёт, конечно.
– И всё?!
– И всё.
– Спасибо.
Шипение лазерного луча. Грохот мёртвого тела.
Машинист ни в чём не был виноват, просто Жоанна не хотела рисковать.
Инквизитор стащила с тела мешковатую серую форму, переоделась. Машинист был крупнее, поэтому пришлось засучить рукава, подвернуть брюки и стянуть складки у пояса кожаным ремнём. Жоанна поправила значок на груди, обрадовалась – на нём, кроме имени, больше ничего и не было: ни пикт-карты, ни какого-либо идентификационного номера. Потом она прошла в крохотную уборную и стащила со стены зеркало. Инквизитор осмотрела себя со всех сторон, добавила немного грязи на лицо, потом вернулась в кабину и занялась уборкой.
Жоанна спрятала тело в ящике под койкой. Это была уже вторая смерть на её совести за последние несколько часов, но совесть инквизитора едва подавала признаки жизни, чтобы убийства хоть сколько-нибудь волновали.
После уборки инквизитор потренировалась имитировать мужской голос. Получалось не слишком хорошо, поэтому она смолила одну сигарету за другой.
По воксу пришло сообщение от механикумов Classis Libera:
"Погрузка завершена".
Жоанна втянула в грудь побольше воздуха и дёрнула рукоятку подачи питания. Повсюду в кабине загорелись разноцветные огоньки, о назначении большинства которых Жоанна даже не догадывалась. Она надеялась, что и не придётся узнавать. Надеялась, что за время короткой лекции под дулом пистолета машинист успел рассказать всё необходимое. Инквизитор включила когитатор, набрала в командной строке молитву, успокаивающую Дух Машины, и запустила автопилот.
– Место назначения – улей Тавкрия. Время в пути – двенадцать часов и двадцать минут, – прозвучал бесчувственный голос бортового когитатора.
Жоанна взяла микрофон и обратилась к пассажирам: второй роте Classis Libera.
– Доброй ночи, дамы и господа! Говорит старший машинист, Робин Пальмер. От имени отсутствующего экипажа по причинам хорошо вам известным приветствую на борту поезда компании "Пеласская транспортная группа". Наш рейс выполняется по маршруту "Кантаврис-Тавкрия". Время в пути составит около тринадцати часов.
Инквизитор забросила ноги на панель управления и следила за красными огнями вдоль тянущейся рельсовой линии.
Ночь захватила мир. Время успокоиться и попытаться уснуть. Однако у Жоанны ещё оставалось одно важное дело. Ей предстояло выдумать легенду, под которой она собиралась внедриться в ряды Classis Libera.