– Спасибо, – Жоанна передала стакан обратно. – Можно ещё?
– Конечно, – кивнула медсестра, потянувшись за графином. – Помнишь имя? В твоей карте сплошные прочерки.
– Джабинелла Тертия, – ответила Жоанна.
– Из новобранцев что ли?
– Да, как раз моя очередь подошла, когда…
– А! Вот так всегда, – нахмурилась медсестра. – То пусто, то густо. Не успели ещё боевые промотать за Кантаврис, как вот тебе на.
– В смысле?
– Ушли мы из Тавкрии. Так что и передумать у тебя теперь не получится. Добро пожаловать в компанию.
– Погоди-ка…
– Взбесились твои земляки. Прогнали нас.
Медсестра, видимо, решила, что Жоанна поражена до глубины души, а поэтому оставила её обдумывать произошедшее. И инквизитор на самом деле посвятила событиям в Тавкрии несколько минут, вспоминая донесения дознавателей или слова Антуана Велая. Однако потом Жоанна переключилась на дальнейшие свои шаги.
Всеми правдами и неправдами, но чаще, конечно, неправдами, она попала в Classis Libera. На очереди была разведка и попытка выйти на связь с Конклавом.
5
На следующий день поезд, наконец, остановился, и Жоанна поблагодарила Бога-Императора за то, что управлял техникой на этот раз кто-то поспособнее ряженого машиниста, а поэтому вся больничная баланда осталась внутри.
Жоанна переоделась в выданную форму: никаких ярких цветов, довольно стандартное обмундирование ополченца цвета хаки, даже без панцирной брони.
Инквизитор покинула стальную монорельсовую змею. Над головой раскинулось серое безжизненное небо с тусклым солнцем, клонившимся к закату. Казалось, что у звезды уже не было ни сил, ни желания дарить миру тепло и свет. Холодный порыв ветра принёс с собой горсть песчинок, заскрипевших на зубах.
– Чего стоишь, курица?! – рявкнули сзади. – Двигай уже!
Жоанна не удостоила самого нетерпеливого и взглядом, но спрыгнула со ступенек на серый песок.
Монорельсовую линию разобрали. Механикумы опустили её к земле и закольцевали со встречной.
Инквизитор посмотрела вдаль к хвосту поезда, на котором приехала. Там образовалась очередь из ожидающих разгрузки составов, настолько длинная, что терялась за горизонтом.
Куда идти и что делать Жоанна не знала, а поэтому пристроилась следом за "самым нетерпеливым" – по виду опытным воякой, а, может быть, даже инструктором набранных в Тавкрии добровольцев. Они двигались по направлению к временному лагерю, состоящему из сотен, а может быть, и тысяч шатров разных форм и расцветок. С вершины песчаного холма этот городок походил на оазис, где вместо деревьев на ветру раскачивались знамёна Classis Libera, а вместо воды, скорее всего, лилось вино.
Когда новоприбывшие уже собирались раствориться в переплетениях кочевого поселения, "самый нетерпеливый" повернулся и воскликнул:
– Добро пожаловать, ребята! Теперь вы – солдаты самой лучшей армии во вселенной, в Свободном Отряде Его Разгульшиства, Раздолбайства и Раздрая Георга Хокберга. Да, про капитана можно услышать всякую херню, но знайте одно: служите ему и будете богаты. Например, как я! Капрал Венсан Дюбуа!
"Самый нетерпеливый" с трёхдневной щетиной, жирными нечёсанными волосами, какими-то красноватыми пятнами на лице и в грязной одежде не производил впечатления богатого человека.
"Разве что богатого на венерические заболевания", – подумала Жоанна.
– А пока вы, раздолбаи, узнав эту замечательную новость, не принялись кутить и просирать свои гроши по борделям и барам, я считаю, нам нужно познакомиться. Ста-но-вись! – громко и отрывисто выкрикнул капрал Дюбуа.
Брожение. Новобранцы не могли найти себе места. Одни пытались строиться по росту, другие по общественному положению. Одни группировались, другие вытягивались в линию. Жоанны просто ждала развития событий. Инквизитор много лет провела в армии, поэтому ей пришлось сдерживаться, чтобы не засмеяться.
– Бог-Император, за что мне это всё… – услышала она шёпот инструктора.
Наёмник потянулся к ремню и вытащил из-за пояса металлическую фляжку, открутил крышку и сделал несколько глотков.
– Стоять, долбоёбы! – выкрикнул он. – Сраный цирк… – Венсан обвёл собравшихся взглядом налитых кровью глаз и продолжил. – Просто... встаньте в линию, мать вашу!