– Джа… Джаби… я попал?
Дрожащей рукой Жоанна закрыла ему рот. Это действие стоило инквизитору многого.
Ритм шагов замедлился. В этот миг Жоанна едва не потеряла сознание. Она обернулась. Совсем немного. Хотя бы для того, чтобы перестать ждать, ведь ожидание сводило с ума.
В прорехах стены она разглядела смерть: металлическую громаду с пылающим взором. Стальной Исповедник со вскинутом в одной руке болтером постоял несколько секунд перед оконным проёмом, а потом проломил подоконник и пошёл дальше как ни в чём ни бывало.
Машина. Игрушечный солдатик, заведённый для того, чтобы уничтожать. Без жалости, без сожалений, без страха.
Жоанна сидела безмолвно, прислушиваясь к тотальному уничтожению вокруг. Она боялась сдвинуться с места, несмотря на то, что скоро Джека стало лихорадить.
Ступор прошёл только ближе к следующему вечеру, когда на пепелище пришли соединения четвёртой роты Classis Libera. Они и обнаружили едва живых снайперов.
10
Жоанна ковыляла на костылях к палатке своего десятка. Хотя теперь эту палатку можно было назвать убежищем всей второй роты Classis Libera. Выжили единицы, среди которых относительно целыми спаслись из пекла только Маргаретти, Йон, Тшилаба и сама Жоанна.
Лейтенанта Кука механикумы, по своему образу и подобию, превращали в нечто страшное. Джек отправился на протезирование – левая рука сгнила, пока ребята Нере шли на помощь. Ещё пара солдат находилась между жизнью и смертью.
Как и вся Classis Libera.
Армия наёмников побеждала, да. Она упорно двигалась вперёд, расшибая лбами стены, но с каждым днём становилось яснее, что все успехи, возможно, не что иное, как западня. Стальные Исповедники заманивали наёмников всё глубже в улей, заставляли растягивать линии снабжения, расширять фронт, одновременно, снижая концентрацию войск на отдельных участках.
В воздухе пахло поражением. И с таким боевым духом закончить войну успешно можно только в том случае, когда за спиной находится вся мощь Империума. Однако у наёмников, что очевидно, бесконечных резервов не было.
Инквизитор поймала себя на мысли, что оказалась с Лидиарой Сардис в одной упряжке: они обе – властные амбициозные женщины – рассчитывали на победу. Только вот для госпожи-губернатора она означала возвращение к власти, тогда как для Жоанны всё было куда прозаичнее.
Вопрос жизни и смерти.
После последней встречи с Исповедниками инквизитор не желала возвращаться в бой.
– А… вот и ты, – произнёс Йон.
Он курил у входа. Жоанна ощутила аромат палочек лхо.
Йон не был наркоманом, но, похоже, ожоги страшно болели. К старому рубцу на лысой голове добавились ещё несколько. Теперь лицо молодого солдата напоминало оплавленную свечу бурого оттенка.
Йон выбросил окурок и оттянул полог, пропуская Жоанну.
– Спасибо, – отозвалась инквизитор.
Когда оба оказались внутри, Жоанна спросила:
– Арделия передала, что ты меня искал. В чём дело?
– Иди, глянь, – Йон показал рукой на Тшилабу.
Гадалка не получила во время битвы ни царапины. Её Бог-Император оберегал особенно тщательно.
Инквизитор увидела новую комбинацию карт: Толпу – бессчётное число точек, если присмотреться, голов; Обряд – фигуру в плаще с занесённым над жертвой кинжалом; Януса – двуликую маску объединённой трагедии и комедии; Апофеоз – пирамиду из выбеленных черепов в пустыне и, наконец, старого знакомого – Мрачного Жнеца.
На этот раз Тшилабе было не до смеха. Её обворожительную улыбку как ветром сдуло.
– Раз за разом, – прошептала она. – Я раскладываю снова и снова. Никаких отличий. Одна судьба.
Жоанна повела плечами и произнесла:
– Слушай, я в гадании не сильна, но это ж целая наука! Недостаточно просто взять в руки колоду Таро и начать пророчествовать. Ты училась этому?
– Я не ошибаюсь, – ответила Тшилаба.
– Она не ошибается, – поддержал подругу Йон. – Думаешь, зря я что ли с ней в паре?!
– Допустим, – кивнула Жоанна, – и что ты предлагаешь?
Йон воровато огляделся по сторонам, как будто ожидая, что из-под раскладушек сейчас выпрыгнет шпион.
– Я не для того съебался из Гвардии, чтобы здесь сдохнуть. Короче… ходят слухи, что капитан на днях соберёт всех и двинет на Шпили. Я уже представляю, какая там будет мясорубка. Братва, может, и тащит в лагерь шлемы этих Стальных Уродов день за днём, но они ещё сильны, ещё как сильны! Ни одного дредноута не подбили. Терминаторов вообще не видели. Наступление на Шпили провалится.