"Красивый… сука".
Примерно пять километров от носа до кормы девственно чистой белой обшивки, что заканчивалась пышным гребнем солнечного паруса, блестящего серебром и лазурью. Крейсер эльдар походил на летающую змею, приготовившуюся к атаке. Конусообразный нос с раздувшимся капюшоном переходил в тонкое хрупкое тело, что заканчивалось единственным и неповторимым по красоте крылом.
– Два… – продолжал отсчёт Руиз.
И как бы ни было красиво оперение этой пустотной птицы, но внимание капитана здесь и сейчас было приковано к другим деталям вражеского крейсера: к шести пульсарам, наведённым на "Неустрашимый", наведённым, как казалось капитану, прямо на него.
– Один…
"Ты уверен в победе, не так ли? – Руиз попытался пробраться в разум противника. – Даже голополя не включил. Три-четыре залпа, и с нами покончено, да?"
– Предельная мощность! – приказал капитан.
Ослепительный свет заполнил пространство между кораблями.
– Состояние?! – выкрикнул Руиз.
– Энергия выстрелов рассеяна!
"Я ещё жив. Ещё жив".
Лас позволил себе осушить флягу до дна.
"Если буду продолжать в том же темпе, то эльдар станет троиться без всяких голополей", – подумал Руиз.
– Полный вперёд! – приказал капитан. – Приготовиться к запуску торпед. Мастер-канонир, не ждите. Начинайте стрелять из турели прямо сейчас, пока снаряды не кончатся!
"Неустрашимый" огрызнулся. Макротурель выплюнула пару металлических чушек, начинённых взрывчаткой. Руиз предпочёл бы пару десятков, да калибром побольше, но что есть, то есть.
За те несколько мучительных минут, во время которых капитана тянуло помочиться, посрать, согнуться в приступе рвоты и умереть, крейсер корсаров поразил "Неустрашимый" ещё трижды.
Пустотные щиты пришлось отключить, чтобы охладить генераторы, но теперь у чужаков не было шанса уклониться от торпед.
– Мастер-канонир! Торпедный залп! – приказал Руиз.
"Ну же... давай!"
Однако как только многотонные снаряды вырвались из носовых торпедных аппаратов "Неустрашимого", крейсер эльдар уплыл с прицела, как опавший лист, подхваченный повесой-ветром. В мгновение ока чужаки оказались по левый борт от корабля компании, а торпеды отправились в бесконечное путешествие по океану звёзд.
– Экстренное торможение! Запустить маневровые двигатели! – выкрикнул Руиз.
"Неустрашимый" повернулся вслед ловкачу-чужаку. Крейсер эльдар преодолел пространство в несколько тысяч лиг, остановился и стал непринуждённо разворачиваться вокруг оси.
"Это конец, – Руиз обхватил голову руками. – С такой манёвренностью он может уклоняться вечно. Если только…"
– Нет... только не таран, только не таран... – прошептал Руиз себе под нос, однако Альба что-то всё-таки услышал.
– Что вы сказали, капитан? – спросил первый помощник.
– Надеюсь, у Билла Ридда получится лучше, – произнёс Руиз, глядя, как крохотное судно пиратов нагоняет чужаков.
6
– А-а-а-а! Пощади! Поща-у-у-а-г-х, – таким было первое сообщение, которое перехватил Освальд, когда вышел на вокс-волну людей Ридда.
На другой волне десантник услышал только рычание какого-то зверя. Треск костей, увлечённое чавканье.
На третьей волне сквозь звуки битвы прорвалось следующее:
– Они в тенях! Они из теней выходят! – кричал незнакомый пират.
Десантник отключил приёмник и повернулся к офицерам на мостике. Глаза Руиза слезились. Капитан флота Classis Libera уже не выпускал из рук бутылку с амасеком. Георг побледнел.
Освальд стиснул челюсти:
– Капитан, – обратился он к Георгу. – Позвольте отправиться на абордаж вместе с остальными. Не хочу снова слушать такое... наелся на Скутуме.
– Добро, – отозвался Георг.
Освальд уже обрадовался было, когда капитан продолжил:
– Я тоже отправлюсь.
Задание вмиг стало тяжелее в несколько раз.
– Вы уверены, капитан? – спросил Освальд. – Это не грабительский налёт. Нам противостоят чрезвычайно опасные противники. Мне будет сложн…
– Я решил, Освальд, – сказал как отрезал Георг. – Хватит! Меня уже даже это отребье, что сейчас дохнет в гостях у эльдаров, не уважает. А я всё-таки кондотьер, а не хуй собачий!
– Поверьте, капитан, в компании вас ценят не за бойцовскую удаль или страт…
– Не поверю, – проскрипел Георг. – Я всякое про себя услышал, когда вал увольнений пошёл. Так что тебе придётся постараться, чтобы я не погиб.