Капитан развёл руками:
– Мне очень жаль, но нет. Я понимаю, что это хорошие деньги, но мой крейсер не переживёт ещё одной стычки.
Имплантаты Шиннон потухли на несколько секунд, а потом снова вспыхнули.
– Да... согласна. В мирное время мои братья и сёстры с Дитрита списывали суда с такими повреждениями.
– Вот видите, – проговорил Георг. – Я честен с вами. Вы можете мне доверять. Согласен... может быть, в истории Classis Libera и есть тёмные пятна, но это всё в прошлом. Здесь и сейчас я хочу восстановить добрую славу компании.
– Для начала защитите Гуэльфскую дамбу, капитан, – предложила Шиннон.
Сбоку от госпожи-губернатора зашуршала печатная машинка. Шиннон скрепила пачку, поставила печать и личную роспись на каждой странице, а потом протянула документ Георгу.
Капитан принялся было читать договор, но губернатор отвлекла его:
– Да... вероятно, первоначальная сумма может показаться вам недостаточной, но не спешите с выводами. С каждой выполненной задачей вознаграждение будет расти.
Георг кивнул и снова бросил взгляд на документы. Пока капитан читал договор, Освальд читал на его лице озадаченность и растущую тревогу. Читал некоторую бледность, прищуренный взгляд, полуоткрытый рот.
Наконец Георг ответил:
– Б-благодарю... госпожа. Вы невероятно щедры.
– Работайте хорошо, и получите всё, чего заслуживаете, – произнесла Шиннон. – О деталях предстоящей операции вы можете узнать, связавшись с генеральным штабом. Я предупрежу главнокомандующего.
Капитан натянул на лицо улыбку, отпустил несколько острот, подписал документ и сотворил знамение аквилы напоследок. Шиннон так и не поднялась из-за стола – как предположил Освальд, она была в него встроена – но на прощание губернатор кивнула Георгу.
Капитан молчал весь обратный путь и позволил себе говорить только после того, как Децимос проверил их снаряжение на наличие чужеродных устройств скрытого наблюдения.
– Плохая работа.
– Маленькие деньги? – спросил Освальд.
– Безумные деньги! – воскликнул Георг. – Такие, что у меня кишки крутит! То ли ситуация у сраной дамбы аховая, то ли эта цельнометаллическая сука решила нас надуть!
– А, может… нам просто повезло? – спросил Освальд.
– Твои бы слова да Бога-Императору в уши… – вздохнул Георг.
Через несколько мгновений он добавил:
– Собирай офицеров. Будем думу думать.
3
– Кровь и золото! – проорал Свежеватель Боб, когда опустилась рампа "Тетрарха".
Свежеватель орал не только, чтобы подбодрить ребят, но и для собственного успокоения. Вроде бы орки, никаких обманных манёвров и засад, что уже до зубовного скрежета надоели за время кампании на Норайи, но лейтенант роты доппельзольднеров никому бы не советовал сходиться с этими чужаками в честной рубке. Слишком уж зеленокожие уродливые, чересчур громкие, сверх всякой меры здоровые, непомерно сильные и просто дохера какие дурные.
Оставалось только соответствовать.
Толпа орущих наёмников покинула десантный транспорт и поспешила к последней линии обороны СПО, к траншеям, залитым кровью и дождевой водой, к наспех возведённым бункерам также споро разрушенным, к обезумевшим от страха ополченцам и озверевшим от развернувшейся бойни оркам.
– В-а-а-а-а-а!
От этого вопля, подхваченного тысячью глоток, у Свежевателя волосы дыбом встали даже на заднице. Громадные чужаки прекратили разрубать ополченцев на куски и выскакивали из траншеи навстречу наёмникам. И если вменяемые люди стараются избежать боя, то орки, наоборот, стремились как можно быстрее в него вступить.
Чужаки… о чём тут можно говорить?
– Кровь и золото! – выкрикнул ещё раз Свежеватель, но получилось на этот раз куда тише.
Не было печали, так лейтенант ещё поскользнулся на сырой земле и растянулся в грязи. По спине простучал град подкованных сапог, и только четвёртый или пятый доппельзольднер помог своему командиру подняться.
И минуты не прошло на Нагаре, как нарядная разноцветная одежда и доспехи наёмников стали чёрно-серо-коричневыми.
Короткий огневой контакт – множество орков повалились замертво, сожжённые лазерами или плазмой, и лишь некоторые доппельзольднеры разлетелись на куски от попадания крупнокалиберных снарядов – и вот оно…
"Вот оно... сука".
Свежеватель выпустил длинную очередь из пробивного лазера в морду такому же чёрному от грязи орку. Его рычащий приятель не дал опомниться. Лейтенант едва успел сделать шаг назад – перед лицом прогудел цепной топор. Ещё один шаг – Свежеватель убрал пушку в крепление на пояснице и подал питание на силовой меч.