Щёки пылали, и Каролус с превеликим удовольствием спрятал бы подарок от посторонних глаз, но делать нечего. Рыцарь кивал при встрече с монахинями, улыбался, чувствовал себя глупо, но шёл к кабинету Сарии.
Каролус добрался до цели. Он сел на кушетку рядом со входом. Тут же встал, подумал:
"Здравствуй, Сария. Я вчера повёл себя…" Нет. Скажи иначе. "Я – солдат, Сария. Прошу прощения за вспышку гнева. Не всегда выходит..." И снова не то. "Сария, мне очень жаль, но я просто не привык к такому обращению. Эти люди…" Боже-Император, последнее – худшее, что ты выдумывал за последние лет… даже не знаю сколько!"
Рыцарю даже стало смешно.
Он – уже несколько раз прошедший омоложение старик – теряется и краснеет при мыслях о женщине, самой обыкновенной женщине.
Как раз в этот миг Сария вышла навстречу. Она даже не заметила Каролуса. Сария помассировала виски, вытащила связку ключей и заперла дверь. Только потом настоятельница заметила рыцаря и охнула, будто привидение увидела.
– Каролус?!
Он не нашёл ничего лучше, чем просто протянуть букет:
– Мне очень жаль за вчерашнее… Сария.
Настоятельница широко раскрыла глаза:
– Право… не стоило.
– Вам только лучшее.
"О, Боже-Император, что с моим языком?!" – взмолился Каролус.
– Спасибо, но…
"Нет!"
– Я очень устала, – произнесла Сария. – Ещё раз спасибо за цветы. Мне так неловко, но сегодня я хочу просто поспать. Прошу простить, Каролус.
Рыцарь застыл.
– Увидимся завтра, – закончила Сария с грустной мучительной улыбкой с дрожащими уголками рта.
– Конечно…
Каролус даже не помнил, как уехал из лечебницы, и как оказался на улицах Вербрука, освещённых тусклым светом фонарей и ярким сиянием неоновых вывесок закрытых ресторанов. Только эти огни и говорили о том, что город, венчающий остров, не вымер. Любителей прогуляться перед сном, праздных гуляк или любопытных туристов Каролус не встретил. Рыцарь сбросил скорость и просто колесил по окрестностям, стараясь справиться с навалившейся хандрой.
"Я здоров, свеж, светел… ну и чего так дико..." – Каролус вздохнул.
С предательскими чувствами следовало расправиться как можно скорее.
Рыцарь иначе посмотрел на Вербрук.
"Змей говорил, что "кто ищет, тот найдёт". Что ж, поищу", – подумал Каролус.
Рыцарь добрался до самой крупной площади города, если не считать пешеходную зону центра, и припарковался у обочины. Каролус достал трубку, закурил и оглядел окрестности.
На противоположной стороне дороги, рядом с памятником неизвестного героя Нагары, который занёс над головой цепной меч, прошагала команда военной полиции с парой сторожевых псов. Они перешли дорогу и направились вдоль линии закрытых заведений, осматривая брошенные рядом с ними автомобили. Полицейские светили внутрь салонов фонарями, и во время проверки наткнулись ещё на одного такого же полуночника, как и Каролус.
Рыцарь опустил стекло, издали донеслись злые крики.
Полуночника вывели наружу, приказали сложить руки за голову, развернули и грубо приложили грудью к машине. Однако потом произошло нечто отличное от задержания. Вместо того, чтобы вызвать полицейский наряд и увезти нарушителя комендантского режима в участок, одна женщина затолкала его обратно в машину и села следом.
Уже через минуту караул отправился дальше по своим делам, будто ничего и не произошло.
"Этого мне и не хватало", – решил Каролус.
Решительной походкой, но оглядываясь, рыцарь направился к интересующему его объекту. Подошёл ближе и постучал костяшками пальцем о боковое стекло автомобиля. Оно опустилось.
На Каролуса посмотрел мужчина с тонким изящным лицом и дорогой аугметикой на месте левого глаза. Полуночник не сказал ни слова.
– Господин, – начал рыцарь, – не подскажите, где в Вербруке можно с удовольствием расстаться с деньгами?
Полуночник кивнул с выражением: "Садись".
Он отвёз Каролуса на окраину города и зарулил на подземную стоянку многоквартирного дома, в место настолько мрачное и тошнотворное из-за неубранного мусора, что рыцарь даже подумал:
"Хуже места для глупой смерти не найти".
И когда Каролус на самом деле приготовился к возможному ограблению, то полуночник указал рукой на неприметную дверь с небольшой, подсвеченной зелёным, вывеской "Вход".
– Две сотни сейчас, – проговорил незнакомец. – Об остальном договоритесь на месте. К тому же, могу предложить кое-что особенное, если вас не устроит выбор. Жду здесь ещё полчаса, потом уезжаю.