Каролус забрал с барной стойки бутылку и пару бокалов.
Шлюха-фелинид провела рыцаря за собой, игриво помахивая пушистым хвостом. Она открыла дверь в комнату, повернулась и произнесла:
– Желаю славно развлечься!
Каролус вытащил тяжёлую монету самого крупного достоинства и подбросил в воздух. Он и глазом моргнуть не успел, как деньги исчезли в тоненьких мохнатых лапках. Рыцарь послал Настасье воздушный поцелуй, а потом оглядел комнату.
"Денег, конечно, это место съест немеренно, но хоть интерьер лучше, чем у Хокберга, – подумал Каролус. – Ещё бы девочки были погорячее".
Мыться в душе рыцарь не стал, хотя посмотрел и убедился, что полотенца свежие, а ванные принадлежности новые, упакованные в полиэтилен. Именно по таким мелочам можно сразу определить уровень борделя.
Постельное бельё тоже оказалось чистым и надушенным. Каролус разделся и забрался под одеяло. Наполнил бокалы вином и выпил один, однако всё равно никак не мог поймать настроение. Каролус принялся было мастурбировать, но внезапно совершенно будничный процесс стал до омерзения пошлым.
А потом появилась она – царица в прозрачной накидке: очень высокая и стройная с бледной, алебастровой, совершенной чистой кожей; ухоженная, холёная, с превосходным маникюром, превосходным педикюром, превосходной причёской и интимной стрижкой; лицо, очертания тела доведены до идеала, до невозможного идеала, потому что природа не одаривает людей столь щедро. Она стоила каждого трона суммы, о которой говорила мадам.
И как назло в это мгновение Каролус вспомнил Сарию.
Настоятельница была прямой противоположностью богине, которая легла ему на грудь, ласкала соски и потянулась рукой к паху.
Сария была противоположностью, была чертовски естественна и прекрасна со своими крепкими руками и коротко стриженными ногтями.
Как и обещал полуночник, он терпеливо ждал возвращения Каролуса. Кивнул рыцарю:
– Так и знал, что вам нужно больше, чем просто дорогие шлюхи. Так чем вам помочь?
Каролус ответил. Полуночник вздрогнул.
– Вы уверены? С ними лучше не связываться.
– Это невозможно?
– Да нет, – вздохнул полуночник, – любой каприз за ваши деньги.
7
– Вы безумны, господин, – проговорил полуночник.
Он стряхнул пепел с мундштука.
Каролус поморщился, но сказал, приготовившись к худшему:
– Сомневаюсь, что у меня хватит наличных, чтобы с вами расплатиться. Вы принимаете векселя?
Полуночник хмыкнул:
– Разумеется. У меня даже есть бланки в машине.
Полуночник вернулся с бумагой, и Каролус принял на себя обязательства по оплате, составив документ прямо на капоте, благо уже расцвело.
В тот день Каролус совершил самую крупную трату за последние лет десять, но, что удивительно, не жалел ни об одном имперском троне.
– Приятно иметь с вами дело, – полуночник протянул Каролусу ладонь.
Рыцарь пожал её.
– Я никогда не сплю, – продолжал полуночник. – Если понадобится хоть что-нибудь, даже, например, звезда с неба, вы знаете, где меня искать.
– Спасибо, – кивнул Каролус.
Полуночник повернулся к бригаде рабочих, таких же молодых парней, чей ровесник недавно едва не оставил Каролуса без колёс.
– Так, парни, по машинам! Не хватало ещё, чтобы соседи полицию вызвали! Быстрее-быстрее!
Грузчики исчезли также быстро, как и появились. А у дома Сарии выросло настоящее цветочное поле. Каролус выкупил самый большой цветочный магазин Вербрука.
Рыцарь запустил руку в карман и вытащил шкатулку. Открыл и посмотрел на золотые кольца. Он ощутил озноб, волосы встали дыбом.
Каролус всегда был "Одиноким Королём", и сейчас он собирался расстаться с первой частью прозвища. Рыцарь проглотил холодную слюну, пригладил волосы, проговорил:
– Фредрисхальды не сомневаются.
"Дурак-дурак-дурак", – несмотря на сомнения, Каролус двинулся вперёд сквозь разбитый на скорую руку цветочный сад.
Впереди пучки мясистых шипов хавортии, за ними раскидистые широкие стебли и белоснежные цветки спатифиллума, а после них аккуратные гроздья фиалок и ещё тысячи, десятки тысяч самых разнообразных представителей флоры не только Нагары, но вообще Империума.