Клаус издал последний хрип и затих. Виталий хотел бы заплакать, но в глазах было сухо, будто в самый жаркий день в Пустошах, поэтому он просто беззвучно зарыдал. Со всех сторон его окружала беспощадная смерть. Наёмников резали, словно скот на бойне, и не было ни единого шанса избежать гибели. С ужасом Виталий увидел, как на баррикаду ловко взобрался ещё один великан, только без прыжкового ранца, и принялся стрелять вниз из болтера. Всё. Теперь точно всё.
Кто-то однажды сказал, что, мол, умирать легко, жить трудно. Чертовски мудрая мысль, особенно здесь и сейчас. Вилхелм был абсолютно точно уверен, что смерть в виде семёрки заляпанных кровью с ног до головы штурмовиков-Астартес с легкостью принесёт ему и его парням смерть. Выжить будет труднее.
– Там!
Вилхелм повернулся в сторону, куда указывал солдат, и сердце ушло в пятки. Через баррикаду один за другим перемахивали ещё десантники. Один, двое, пятеро. Сержант застонал от досады. Он опустил руки и с отчаянием смотрел, как смерть, облаченная в стальные доспехи, забирает бойцов одного за другим.
Луч нестерпимо белого пламени располовинил замахнувшегося для смертельного удара штурмовика. Жар опалил лицо Вилхелма. Тяжелые снаряды скорострельных автопушек смели двух тактических десантников, а остальных заставили укрыться.
Из непроглядной тьмы, грохоча адамантиевыми лапами, шипя сервоприводами и ревя моторами, вылетели два Вольных Клинка в доспехах "Оруженосец". Размашистый удар массивного цепного тесака отрубил второму штурмовику ноги, меткий пинок изломанной куклой отправил в полёт третьего. Позади стремительных оруженосцев во тьме двигалось нечто большое. В очередной вспышке мельта-копья Вилхелм ясно разглядел силуэт рыцаря. С оглушительным воем термальная пушка извергла поток ярчайшего пламени, на секунду осветившего поле боя словно тысяча солнц, и выжгла оставшихся тактических десантников, испепелив вместе с ними многометровую секцию баррикады. Четверо штурмовиков активировали прыжковые ранцы и бросились вверх. Очередь из тяжелого стаббера угодила одному из них в воздухозаборник двигателя, и десантник закувыркался в воздухе, потеряв управление. Он упал вниз, силой удара расколов камнебетон мостовой, и рыцарь с хрустом припечатал его ногой.
– Кровь и золото! – голос рыцаря заставил содрогнуться, но одновременно вызвал у чудом выживших наёмников восторг. Вопли ужаса сменились криками радости.
Вилхелм не мог избавиться от чувства, будто всё это сон, кошмар с неожиданно хорошим финалом. Каролус, Одинокий Король, и его оруженосцы Ворон и Змей пришли в темнейший час. Сержант окинул взглядом усеянное расчленёнными, разорванными трупами и чадящими остовами техники поле боя. Из двух сотен в живых осталось человек шестьдесят. Никаких тяжелораненых. Десантники били насмерть.
Шагатели переступили через невысокое укрепление и устремились дальше по тёмной улочке. Солдаты, побывавшие на волосок от смерти, возбуждённо переговариваясь, вернулись к баррикадам, чтобы посмотреть вслед своим спасителям. Вилхелм присоединился к ним, он не пытался привести их в чувство. Общая болезненная, лихорадочная радость оказалась заразительна, эйфория от осознания того, что чудеса случаются, и чудо спасло их жизни, опьяняла.
Снова взвизгнуло мельта-копьё, заговорили автопушки, взревело термальное орудие. Под свист и восторженные крики наёмников отступающий бронетранспортер десантников взлетел на воздух, озаряя тёмную улицу пламенем. Боевые машины продолжили марш.
Как только рыцарь вышел на широкий открытый перекресток, выжившая тройка штурмовиков спикировала на него. Одного сбил в полёте снаряд автопушки. Второго встретил ударом "Жнеца" сам Одинокий Король. Третий же, погасив скорость, зацепился за правую ногу рыцаря и успел прикрепить мельтабомбу на коленный сустав, прежде чем подоспевший Змей сбил его вниз цепным тесаком.
Взрыв раскалённой плазмы уничтожил колено рыцаря, и огромная машина с металлическим стоном завалилась набок. Одновременно с этим с прилегающих улиц на шагатели посыпались тяжелые болтерные снаряды. Вспышки ионных щитов оставляли цветные пятна в глазах. Болты, не отражённые щитами, в вихре искр вгрызались в толстую броню боевых машин. Вилхелм понял, что кошмар и не думал заканчиваться. Бойцы отделения ошарашенно смолкли.
Нужно отступать. Десантники короткими перебежками, прячась от огня оруженосцев, приближались к павшему рыцарю. Они подберутся ближе, расправятся с Вороном и Змеем, а потом сожгут из мельтаганов беспомощного Каролуса. Как только они расправятся с кавалерией, они примутся за его, Вилхелма, отделение. Нужно отступать. Сейчас же. Бежать отсюда со всех ног.