Веласкес прицелился в пушку, стоящую на низких массивных траках, но передумал. Кажется, заряжена, и играть в лотерею "взорвётся ли снаряд" наёмник не желал, вместо этого, снизив мощность до минимума, он расплавил управляющую панель.
Последний боец десятка перемахнул через парапет. Веласкес ухмыльнулся. Подумать только, на дворе сорок первое тысячелетие, а старые добрые крюк и верёвка всё ещё в деле штурма крепостей. Он обернулся к гигантскому окну, проводил взглядом "Валькирию", доставившую их к подножию башни. Самолет немилосердно трепало ураганным ветром, и чем ниже пилот уводил машину, тем страшнее это выглядело со стороны. Веласкес был готов биться об заклад, что изнутри это выглядело и вовсе как кошмар наяву. Он вознёс быструю благодарность Богу-Императору за то, что доставил их сюда в целости, и, чтобы не тревожить Повелителя Человечества дважды, попросил заодно здоровья себе и всем своим друзьям. Здоровье их в этом городе непрерывно под угрозой.
– Вперёд, вперёд, парни! Пройдёмся по тылам! – капрал Куэльяр подавился окончанием фразы, когда попадание болт-снаряда превратило его грудную клетку в фарш.
Веласкес бросился в укрытие, буквально закатился под защиту парапета, ударился плечом. За шумом ветра выстрелы болтеров были едва слышны, казались лишь далекими хлопками. Наёмник высунулся из–за невысокого зубца, и тут же отпрянул назад. Трое тактических десантников стремительно приближались к башне, стреляя от бедра. Веласкес вдохнул, досчитал до пяти, выдохнул, вытер вспотевшие ладони о штанины. Ещё двое парней поймали снаряды. Капельками крови одного из них яростный ветер окропил мельта-ружье. Сейчас.
Веласкес вскочил из-за укрытия, вскидывая оружие, но Ангел Смерти ожидаемо оказался быстрее.
Сержант Гран яростно пнул последнего ублюдка, размозжив рёбра и лёгкие. Техника наёмников уже проходила через ворота, а он вынужден носиться по периметру, и отлавливать крыс, лезущих по стенам.
– Что с орудием?
– Расплавлена панель управления.
Гран зарычал, схватил труп, всё ещё сжимающий в руках мельта-ружьё, и сбросил вниз, во двор. Тем временем, последняя уцелевшая петля, державшая одну створку врат, не выдержала и с жалким скрипом, слышном даже отсюда, треснула. Сотни тонн пластали рухнули на камнебетон, подняв тучу пыли и уничтожив несколько "Химер" и "Леман Руссов". Дрожь земли дошла до башни и отдалась в сабатонах. По рухнувшей створке во врутренний двор ворвались сразу несколько "Химер". БМП подъезжали к подъёмам и лестницам, ведущим на стены, высаживали десант, прикрывая пехоту огнём мультилазеров. Гран выругался, и, жестом приказав бойцам следовать, бросился дальше по стене.
Они почти добрались до спуска вниз, во двор, когда взрыв где-то сбоку отправил сержанта в длительный полёт. Жёсткие объятия камнебетона вышибли из сержанта дух. Кираса раскололась, он отчетливо услышал звук сломавшихся ребер и хруст в позвоночнике, но он всё ещё был жив. Роняя кровавую слюну, Гран попытался встать и дотянуться до лежащего рядом болтера, но очередь из мультилазера оборвала его жизнь.
Шестилапый удовлетворенно кивнул. Он сидел в орудийной башне "Химеры", держа руку на гашетке. Техника входила внутрь, пехота уже вовсю дралась на стенах. "Искоренители" и "Каратели" выбивали Астартес из укреплённых башенок. Лейтенант щелчком отправил окурок в полет и достал новую сигарету. Крепость взята.
Он чиркнул зажигалкой. Непонятно откуда взявшийся здесь ветер резко задул огонёк. Чиркнул ещё раз. То же самое. Шестилапый нахмурился, огляделся, бросил долгий взгляд в сторону огромных окон. Пожал плечами – стены крепости не пускали ураганный ветер снаружи. Чиркнул зажигалкой вновь. Не появилось даже искры, но в нос ударила грозовая свежесть, будто рядом ударила молния. На душе заскреблось непонятное тягостное чувство, будто он что-то обещал, но забыл.
– Да что за…
В ослепительной вспышке прямо в порядках техники Свободного Отряда из ниоткуда появились гигантские фигуры терминаторов. Шестилапый на пару секунд зажмурился от рези в глазах, а когда открыл их, перед ним развернулась картина ужасного разрушения.
Штурмовые болтеры обращали высаживающуюся пехоту в кровавый туман. Ракетные установки и ревущие штурмовые пушки прошивали уязвимую заднюю броню "Леман Руссов" и борта "Химер". Громовые молоты и силовые кулаки трещали от окутывающих их молний, и вот-вот должны были пойти в ход.