Не удивительно, что людей здесь больше всего волнуют деньги, как универсальный эквивалент счастья. Когда мне, примерно в это же время говорили, что эта отрава придет к нам, что у нас будет тоже самое — я смеялся и не верил. Быть такого не может, — отвечал я им, наивный и самоуверенный глупец.
Как бы то ни было, мой план строится на деньгах и неистребимой страсти к халяве, а это значит, что мне срочно нужно добыть гроши, причем в больших количествах.
Понятное дело, честным трудом требуемую сумму, а по моим подсчетам нужно не менее десяти тысяч и только для начала, заработать и накопить невозможно, даже если выпустить меня на свободу и полностью развязать руки. Инфляция уже начала победное шествие по стране, но пока она скрытая, и проявляется в виде тотального жуткого дефицита на все продукты питания и на большую часть промтоваров, зарплаты пока еще держаться на уровне середины восьмидесятых. И тысяча рублей до сих пор считается громадной суммой для большинства работающих граждан. Десять тысяч — это очень серьезная цифра, на нее можно купить пару квартир или один автомобиль. Довольно странный обменный курс, но это вполне объяснимо: квартиры государство до сих пор выдает бесплатно, автомобили же не дает. Поэтому они стоят дороже, хотя с точки зрения экономики — маразм полный.
Ну да не суть. Главное, что сумма должна быть круглой и волнующей воображение.
Осталось добыть указанное количество государственных казначейских билетов. Здесь деньги так обзывают, если кто не понял.
Глава 12
Главное в успехе любого дела — правильное планирование и предварительная подготовка. Этими инструментами можно компенсировать слабые стороны моих прожектов.
Легко было Остапу Сулеймановичу — у него была заветная папка, которую он мог предъявить господину Корейко и легко обменять на тарелочку с голубой каемочкой. В комплекте с чемоданом, полным денежных знаков.
У меня нет ни папочки, ни подручных, на которых можно сбросить часть работы, поэтому приходится все делать самостоятельно.
Осенью восемьдесят девятого года в Лениноране случилось скандальное происшествие, впрочем, не получившее широкой огласки. Органами Комитета Государственной безопасности была вскрыта подпольная организация, поставляющая черную икру в гигантских количествах в столицу республики, откуда она шла дальше. В том числе и заграницу.
Не сказать, что в Баку своих браконьеров мало, я бы сказал — их слишком много, но Южный Каспий гораздо богаче в плане запасов осетровых. Сказывается пограничная зона, да и море здесь намного чище. К тому же в Иране незаконная добыча черной икры карается вплоть до отрубания рук, и поэтому браконьеры здесь большая редкость.
К концу восьмидесятых годов поголовье осетровых в Северных районах Каспия и на Нижней Волге из-за варварской добычи упало в десятки раз (в девяностые годы — в сто раз).
Понятное дело, алчущие взоры обратились на юг, где загребущие руки человека разумного еще не успели пошалить в полную силу и разграбить биоресурсы до конца. Если речь идет о валютной выручке, то такие пустяки, как пограничная зона не являются сколько-нибудь серьезным препятствием.
Еще раз подчеркиваю, советская власть здесь всегда была весьма относительной. Нет, конечно, образование, пенсии — это все бесплатно и гарантировано. Служба в армии, тоже обязательна для всех. А вот все остальное — за деньги. Тут даже «Скорой помощи» положено платить за вызов. От рубля до трех, в зависимости от сложности и потраченных лекарств.
Все значимые должности, а здесь это синоним доходного места, продаются за весьма крупные суммы. Поэтому продажность чиновников, в том числе силовиков — это даже не правило, а скорее аксиома. Честные служаки огромная редкость, обычно они здесь случайно из других республик Союза по распределению и здесь просто не приживаются.
Бывают исключения из правил, но на то они и исключения. В основном для профессионалов и специалистов, без которых вся работа встанет. Поэтому в каждом министерстве и ведомстве найдется парочка таких человек, которые тянут всю работу. Остальные — делят бакшиш.
Особняком стоят лишь КГБ и армия, где такой вакханалии коррупционеров нет.
Так вот, в дело контрабанды черной икры оказалась втянута большая часть местной номенклатуры. И райком партии, и прокуроры, и милиция и даже главврач городской больницы.