— Чёрт — тихо выдохнула Лэа, чувствуя, как холод сжимает грудь. — Но другого пути нет.
Алекс шагнул первым. Балка прогнулась под его весом, гулко отозвавшись в бездне. Каждый шаг казался последним — одно неверное движение, и вниз, туда, где уже ничто не поймает. Алекс, не оборачиваясь, бросал
— Держись ближе к центру. Не смотри вниз.
Лэа пошла следом. Сердце билось так, что казалось, вот-вот вырвется наружу. Холодный металл под ногами скользил, дыхание перехватывало от ветра. На середине её нога сорвалась. Балка дрогнула, тело качнуло в сторону пустоты. Ветер ударил в спину, тянул вниз, как чьи-то невидимые руки.
— ЛЭА! — голос Алекса прорезал гул ветра.
Она едва удержалась, упав на колено. Пальцы с силой вцепились в ржавчину, сдирая кожу, оставляя алые следы. В ушах гремел только стук крови.
— Держись! — Алекс протянул руку. — Вставай, слышишь?!
Она подняла глаза на него, и, сжав зубы, подтянулась, снова оказавшись на балке. Каждый шаг дальше давался, будто последний. Но всё же они дошли. Алекс дёрнул её к себе, и они вместе оказались на целой часть моста, хватая ртом холодный воздух.
— Сука, ещё чуть-чуть… — прошипела она, тяжело дыш
Облегчение продлилось лишь миг.
Глухой металлический щелчок заставил обоих обернуться.
У выхода с моста стоял мужчина. Высокий, с лицом, заросшим тёмной щетиной. Глаза — холодные, выжидающие. В руках он держал обрез, и дуло смотрело прямо им в грудь.
— Ни с места — сказал он низким, хриплым голосом. — Ещё шаг — и вы оба полетите туда же, откуда только что выбрались.
Мост за их спинами протяжно застонал, будто сама бездна ждала, чтобы незнакомец нажал на курок. Алекс прижал Лэа к себе, встав так, чтобы прикрыть её телом. Мужчина с ружьём не опускал оружие. Дуло упиралось прямо в них.
— Мы… не враги — первой заговорила Лэа. Голос дрожал, но она старалась держать его ровным. — У нас есть дети. Мы просто ищем место, где можно остаться.
Мужчина сузил глаза, не двигаясь. Его палец лежал на спусковом крючке.
— Так все говорят. — Его голос был сухим, будто он повторял фразу, которую слышал десятки раз. — И каждый раз кто-то пытается меня обмануть.
Лэа сделала осторожный шаг вперёд. Алекс сразу дёрнул её за руку, но она вырвалась.
— Я не вру. Мы не секта. Мы не рейдеры. Просто семья. — Она смотрела прямо в его глаза. — Там, за лесом, ждут дети. Мальчик и девочка.
Незнакомец не шелохнулся. Ветер гнал по мосту холодный воздух, и тишина висела тяжелее самого ружья.
— Дети, значит — пробормотал он. — Тогда кто даст мне гарантию, что вы не приведёте сюда всю свою «семью», а потом не заберёте моё?
Алекс сжал зубы, хотел ответить, но Лэа снова шагнула ближе, почти под дуло.
— Потому что если бы мы хотели забрать, мы бы уже стреляли. У нас есть оружие. Но я стою здесь без него — она подняла пустые руки, медленно. — Если хочешь — обыщи меня. Убей меня. Но поверь, мы просто хотим пройти.
Секунда тянулась вечностью. Казалось, в глазах незнакомца что-то дрогнуло — искра сомнения, почти человеческое тепло. Он чуть расслабил плечо, но ствол всё ещё был направлен им прямо в сердце. Грохот выстрела разорвал воздух. Эхо ударилось о балки моста и катилось дальше, будто раскаты грома. Незнакомец дёрнулся, глаза расширились в немом удивлении, а затем его тело обмякло и повалилось на доски с глухим стуком.
Лэа даже не сразу поняла, что произошло. Только запах пороха и клубы дыма, расплывшиеся в воздухе, подсказали ей правду.
— ВИКТОР — выкрикнул Алекс, оборачиваясь.
За их спинами, на другом краю моста от куда они пришли, держа винтовку наготове, стоял Виктор. Его лицо было каменным, непроницаемым, как сама смерть.
— ЗАЧЕМ?! — голос Алекса взорвал тишину, будто новый выстрел. Он сжал кулаки так, что костяшки побелели, и метнулся к Виктору, глядя на него с ненавистью и отчаянием. — ЗАЧЕМ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ?! Мы почти договорились с ним! Мы могли… могли просто пройти дальше!
Лэа стояла, всё ещё ошеломлённая, глядя на мёртвое тело у их ног. Её дыхание сбивалось, а слова застревали в горле.
Виктор медленно опустил винтовку, взгляд его оставался холодным, как будто выстрел был всего лишь обязанностью, а не выбором.