Винс кивнул, а затем сделал жест рукой, представляя своих людей:
— Это Джоан — он указал на ту самую женщину, что первой заговорила. — Рядом с ней Томас — мужчина с суровым взглядом, будто высеченным из камня. — А это Майлз и Сера — худощавый парень с повязкой на руке и девушка с острым, хищным взглядом.
Они обменялись кивками, словно признавая друг друга, но настоящего доверия ещё не было — лишь хрупкий мостик, перекинутый поверх пропасти.
— Мы все многое пережили — тихо сказал Винс, глядя то на Лэа, то на её отряд. — Но, может быть… это шанс начать что-то заново.
Джоан хлопнула в ладони, будто прогоняя мрак, что успел повиснуть между взрослыми.
— Ну что, хватит мрачнеть — сказала она, улыбнувшись детям. — Осень на дворе, скоро День благодарения. Дом нужно украсить, иначе какой же это дом?
Руби, услышав знакомое слово, оживилась и сжала лапку своего медвежонка. Калеб, хоть и настороженно косился на новых людей, кивнул и потянул сестру за собой. Лэа, словно почувствовав, что им нужно отвлечься, подошла ближе.
— Я помогу — тихо сказала она.
К ним присоединились Майлз и Сера. Парень с азартом уже копался в коробке с пожелтевшими гирляндами и старыми бумажными листьями, а девушка смотрела на всё это чуть отстранённо, будто сомневаясь, стоит ли вообще заниматься украшением в таком мире. Пока дети смеялись, спорили, кто повесит венок над камином, и делились остатками старых лент, взрослые переглянулись. Винс сделал знак Виктору, Анне, Алексу и Наде пройти с ним в столовую. Их шаги гулко разнеслись по коридору, оставив за спиной детский смех и шорох. Калеб, стоя на стуле и пытаясь повесить бумажного индюка на кривой гвоздь, краем глаза смотрел на Лэа. Она старалась улыбаться, помогая Руби с лентами, но в её взгляде всё равно сквозила тревога — как будто она знала, что радость эта хрупкая, как засохший лист. Комната дышала теплом — сухие листья, бумажные гирлянды, старые игрушки, разбросанные Руби по полу. Всё это на миг придавало иллюзию нормальности. Но в глазах детей ещё жила тень — следы дорог, где за каждым углом ждала смерть. Джоан села в кресло, положив руки на колени. Её взгляд был мягким, но цепким.
— Ну что ж — тихо произнесла она — Расскажите нам, как вам удалось дойти до сюда. Не каждый день встречаешь детей, которые пережили всё это.
Майлз подался вперёд, глаза блестели неподдельным интересом.
— Да! Вы всегда были вместе или кто-то присоединился к вам потом?
Сера, сидевшая чуть в стороне, скрестила руки. В её голосе не было любопытства, только холод.
— Интереснее другое. Сколько вы уже потеряли на пути?
Калеб замер. В груди словно что-то сжалось. Он хотел ответить, но слова застряли. Взгляд сам скользнул к Лэа, и она поняла — он ждёт её голоса.
— Мы с Винсом… — Лэа говорила тихо, но уверенно. — Когда-то шли вместе. На нас обрушилась орда. В панике мы разделились. Я бежала… и оказалась у дома. Там был Калеб, его семья. С того дня я с ними.
— Значит, вот как — пробормотал Майлз, приподняв брови.
Калеб вдохнул, собрался и заговорил сам. Голос дрогнул, но становился твёрже с каждой фразой
— Мы раньше жили в секте. Они называли себя “Неоморт”. — В груди вспыхнула горечь. — Нас держали, ломали, заставляли верить. Но мы сбежали. Я, мама, Руби, Алекс, Надя… и отец. Нашли домик в глуши. Спрятались там на годы. — Он поднял глаза, и в них мелькнуло что-то взрослое, уставшее. — Но они нашли нас снова.
Сера наклонилась вперёд, её холодный взгляд стал внимательнее.
— Секта… — прошептала она. — Теперь понятно, откуда у Виктора такой взгляд.
Лёгкая дрожь пробежала по коже Калеба. Ему не нравилось, как это прозвучало. Лэа быстро вставила
— Они далеко. Мы ушли на север, чтобы оторваться. Мы не ищем неприятностей. Нам просто нужно место.
Джоан улыбнулась мягко, почти по-матерински.
— Слава богу, что вы дошли. Может, теперь у вас будет шанс отдохнуть и расслабиться.
Дверь скрипнула, и в комнату вошёл Винс. Его шаги были уверенные, но глаза сразу нашли Лэа. На миг между ними словно протянулась невидимая нить — их прошлое, их выживание, все ужасы, что они делили раньше.
— Ну что, нашли о чём поболтать? — он усмехнулся, но усмешка была натянутой. — Я смотрю, вы уже выспрашиваете у ребят их истории.
— Просто хотели узнать, откуда они пришли, — мягко ответила Джоан. — Ты столько рассказывал про Лэа, Винс. Хотелось услышать и её собственный голос.