Как же они узнали? Что уж теперь гадать! Пришлось выдать им свой единственный козырь: что помогли вспомнить магниты на холодильнике Теда. Красные точки исчезли так же быстро, как и появились.
Адриан и Бьянка направились к двери, бросив Эмилию в одиночестве. Встреча с семьей дала ей мимолетное представление о возможном будущем. Будущем, которого хотелось здесь и сейчас, сию же секунду, – но увы…
В этот момент все чувства вытеснили обида, разочарование и тоска. Эмилия стиснула пальцы с такой силой, что чуть не сломала их. Тело напряглось до последнего мускула, пульс барабанил в конечностях. До чего подмывало перевернуть кафе вверх дном, швыряться в людей всем, что под руку попадет, лишь бы не страдать одной!
Однако нет, нельзя. Чем вымещать злобу и отчаяние, лучше было их копить. Выйти победителем можно было только сильной и хладнокровной, под стать Бьянке. Идти к своей цели, не гнушаясь ничего, как Хакерский коллектив. «Заткнуть совесть». И если оставшиеся носители не дадут ей желаемого, они поплатятся.
Когда на кону жизнь семьи, чужое благополучие отходит на второй план.
Глава 60
Бруно, Аундл, Нортгемптоншир
Бруно глядел на Нору, ожидая появления ее матери. Она сверлила его глазами с необыкновенной для одиннадцатилетки проницательностью.
– Где твоя мама? – спросил он. – Она же поехала забирать тебя из школы.
– Я сама приехала на микроавтобусе. Зачем вы залезли в мамины файлы?
– Неправда.
– Еще как правда.
– С чего ты взяла?
– Мой телефон утром сломался, и я взяла мамин запасной. – Она развернула телефон к Бруно. – Написано, что с другого устройства зашли в банковский счет. А у вас ее планшет.
– У меня тоже с телефоном беда. Я проверял почту.
Она нахмурилась.
– Не надо обманывать. Вы смотрели деньги и папины фотки.
Поймала с поличным. Отболтаться будет непросто.
– Твоя мама попросила кое-что сделать, – с ходу выдал Бруно.
Кресло Норы едва заметно подалось назад. Девочка не отводила от него колкий взгляд, как бы ожидая оправдания поприличнее.
– Как в школе? – попытался он сменить тему. – Какие вообще уроки по субботам?
Нора промолчала. От толпы Отголосков, все еще находящихся в доме, отделился нацист Циммерман.
– Скажи, пусть заткнет пасть и катит отсюда, – велел он. – Объясни, что бывает с теми, кто сует нос не в свое дело.
– Я звоню маме.
Девочка скомандовала телефону набрать номер Карен. Бруно, подскочив, вырвал его из рук. Тут она испуганно вздрогнула, и Бруно пришлось опуститься на колено до одного с ней уровня. Он рта раскрыть не успел, как коляска развернулась и устремилась к выходу. Выбора не было: бросившись следом, он толкнул ее в стену, но корпус коляски оказался настолько легким, что Нора перевесила и свалилась на пол. Отчетливо хрустнула кость.
– Господи! – ахнул Бруно и подхватил ее на руки – невесомую, как перышко.
Она молча вытаращилась на него, и в этот миг под рукой растеклось что-то теплое. Бедная девочка в ужасе обмочилась, а спустя миг вообще лишилась чувств.
Бруно застыл на месте. В ушах грохотал хохот Циммермана. Первым делом он с Норой на руках бросился к выходу, затем свернул на кухню, собираясь набрать «Скорую».
– Позвонишь, и тебе кранты, – продолжил Циммерман. – Копы будут тут как тут, едва она очнется. Отнеси ее в садовую беседку. Уотсон найдет ее не сразу, а ты к тому моменту уже улизнешь.
– Я ей что-то сломал!
– Ты о сыне лучше думай! Что с ним станет, если тебя швырнут за решетку?
Впервые Циммерман говорил дело. И впрямь, больше не оставалось ничего, кроме как положить ребенка на диван в беседке и прикрыть пледом.
– Мама скоро приедет, – прошептал он. – Все будет хорошо. Умоляю, ради бога, прости…
Подкатив к дивану коляску, он запер беседку и бросился прочь. В последний раз такой стыд глодал Бруно, когда он оставил сына в интернате, – но то было на благо Луи. Сегодняшней же выходке оправданий не существовало.
Глава 61
Чарли, Манчестер
После смерти Майло начался тот еще спектакль. Чарли пришлось призвать на помощь все свое актерское мастерство, чтобы убедительно сыграть роль скорбящего друга.
Он как штык явился на панихиду в реформистскую синагогу, затем на похороны и через неделю – на футбольный матч в честь погибшего. Ребята собирались теперь чаще: утешали друг друга, вспоминали, корили себя: как же так, не заметили, не поняли…
Товарищи не могли знать о люксе Чарли в той самой гостинице, откуда якобы спрыгнул Майло, и что полиция допросила его на предмет странностей в ту ночь. Гостиница славилась конфиденциальностью, и на этаже с именитыми постояльцами – этаже Чарли – не было камер.