— Да ну тебя, такой момент испортил! — девушка запустила в собеседника походя материализованным снежным комком. — Ладно, давай требуемые параметры.
— Уж какой есть, — ответил Максим, поймав летящий в него снаряд. — А что до характеристик — принимай файл.
— А здесь точно заявлены требования к корабельному реактору, а не Единой-Энергетической-Установке-Солнечной-Системы? — Вэйра поражённо присвистнула, едва ознакомилась с полученным списком. — К чему такая мощность?
— А ты не забываешь, что это, всё-таки, военный корабль, на котором аппетит орудийных (и щитовых) систем на порядки превосходит аппетиты всех остальных вместе взятых? Да и задел на будущее стоит оставить.
— Это что же за прожорливых монстров ты придумал? А ещё сам меня в деструктивных наклонностях уличал! Только с кем это ты воевать собрался, товарищ капитан?
— Как я успел заметить, здешние космические просторы совсем не так безопасны, как наши, поэтому стоит обезопасить себя от лишних рисков. Кто-то когда-то сказал, что лучшая защита — это нападение, и я с ним полностью согласен. Под ураганным огнём неприятелю и самому станет не до атаки.
— Хорошо. Пятнадцать петаватт — значит пятнадцать петаватт. Приступаю к расчётам, — не стала спорить Вэйра, развёртывая рядом свои интерфейсы. Обстановка на импровизированной космической станции вновь стала рабочей.
В том, что творческая работа порой выматывает похлеще любых других видов, Арея имела счастье убедиться на собственном опыте. Поэтому, едва Вэйра о том, что общий шаблон дизайна составлен и требующих внимания элементов более не осталось, а сама куда-то удалилась, нимири облегчённо вздохнула и покинула виртуальную среду.
Краем глаза отметив, что друзья всё ещё пребывают в «ином мире», Арея направилась в свою каюту — усталое сознание упрямо требовало отдыха после сумасшедшего дня. Не заметив, как добралась до кровати и, согласившись с доводами разума (который и не помышлял ни о чём ином, как крепкий и здоровой сон), девушка упала на мягкую постель и мгновенно уснула, даже не потрудившись стянуть с себя комбинезон.
В реальности уже давно перевалило за полдень следующего дня, в каюте мирно спала обладающая незаурядными способностями к магическому оперированию девушка, а в искусственно созданном пространстве кипела жизнь. То тут, то там всплывали и исчезали элементы интерфейсов, активно перемигивались плоскости мониторов, выводя на себя результаты исполнения многих сотен программ, и всё это разбавлялось постоянными переговорами двух землян.
Сидевшая последние несколько часов практически неподвижно Вэйра вдруг слегка вздрогнула и откинулась назад, слегка улыбнувшись уголками губ. С точки зрения обычного человека это смотрелось диковато: в отличие от расположившегося в кресле Максима, девушка стоя парила меж находящихся вокруг неё виртуальных устройств ввода-вывода, и теперь зависла в пространстве под острым углом.
— Уже закончила? — обернулся к подруге учёный, не упустивший из виду сменившую свой вектор активность по соседству.
— Смотря что, — Вэйра вновь улыбнулась. — Мы с Ареей только что набросали дизайн, на днях должны закончить. Теперь же я вся тут и полностью в вашем распоряжении, капитан, — ИИ ненавязчиво напомнила об уговоре.
— Значит, не передумала? — мгновенно помрачнел человек, уже догадываясь, о чём хочет поговорить подруга. — И что конкретно ты бы хотела обсудить?
— Многое, — многозначительно ответила Вэйра. — К примеру, как тебе пришло в голову написать Код Жизни?
— Это долгая история… Очень долгая.
— Допустим. Может быть, тогда поведаешь, отчего твоя биография имеет гриф «абсолютно секретно» и в принципе отсутствует на подключённых к сети носителях? И почему твои друзья и коллеги на любой вопрос о ней всегда уклончиво отвечали, что ты никогда не распространялся про себя? А по оговоркам становиться понятно, что ты многие годы наизнос работал над проектом, не принимая в значение ничего кроме работы. «Волк-одиночка», игнорирующий практически всё, что не касается научной деятельности и должностных обязанностей. Ты ведь даже хоть сколько-нибудь тесного общения с противоположным полом избегал, хотя не являешься женоненавистником… насколько мне известно.
— А вот это уже мои личные проблемы, не так ли? — жёстко отрезал Максим, и от ответа повеяло космическим холодом.
— Нет, не так! — синтезируемый системой голос дрогнул. — Почему ты, создавая меня, не наложил практически никаких ограничений? В чём истинная причина того, что все последующие попытки создать искусственный разум по твоим алгоритмам оказались безуспешны? Я ведь даже сама пыталась! И почему… у меня такое ощущение, что я знаю тебя дольше, чем живу. Гораздо дольше. Знаю едва ли не лучше чем себя, одновременно не зная ничего. Странноватое состояние для разума, обладающего абсолютной памятью. Даже парадоксальное, не находишь?