Глава 1.
«Добро пожаловать в Лос-Анджелес». Эта надпись была первым, что бросилось мне в глаза, когда я покинул здание аэропорта. На фоне громкоголосых таксистов гудели двигатели самолетов и разрывающийся рёв их полетов. Люди толпились на остановках в ожидании транзита в город, я же держался стороны рядом с высокими колонами, покрытыми зеркальным металлом. В наушнике играла музыка, приводящая меня в равновесие с собой. «Ocean Jet», пожалуй, были единственные, кто мог это сделать. Все восемь часов перелёта я ставил их на повтор и наслаждался пейзажем из иллюминатора. Европейские горы, подобные Альпам, были однажды мной покорены, и с высоты самолёта они показались мне не такими уж и величественными. Океан делился своим разнообразием цветов и глубин. Я видел его лишь однажды в детстве, когда мама везла меня в этот же аэропорт. И вот я вновь стою на ступеньках один, в ожидании каких-то перемен в своей жизни. Многие проходящие осматривали меня с ног до головы, изучая любопытным взглядом моё присутствие. Я старался не подавать сомнительного вида и привлекать внимание, однако это было куда сложнее. Весь мой образ состоял из огромной толстовки, размера на два больше моего, и свисающих в мотне джинс. Облик парня из района гетто примерил на себя белокожий парнишка. Из всех личных вещей у меня остался смартфон и наушники. Пожалуй, это был самый бедный набор в моей жизни. Две молодые девушки, на вид которым лет двадцать, прошли мимо, не оставив меня без внимания. Они кивнули мне и, закрыв рты ладонями, засмеялись. Вслед за ними показался парень со знакомыми острыми чертами лица. Он выделялся из толпы своей бледной кожей, уложенными вверх волосами цвета кофе и высоким, вытянутым телом. Я вышел ему навстречу, пропустив пару ступенек, сбросив наушники на грудь.
- Анри! — забасил он, расплескав руки в стороны.
- Рэдж, — поприветствовал я его.
Реджинальд схватил меня за плечи и гордо прижал к себе.
- Братец, девять лет. Девять лет мои глаза тебя не видели, лишь уши слышали.
- Я тоже скучал.
Наши объятия продлились меньше двух секунд, но в них были вложены все чувства, связанные с долгой разлукой.
- Добро пожаловать в Лос-Анджелес, — продублировал Рэдж вывеску напротив дороги, — чушь! Добро пожаловать домой!
Как бы то ни было, но это был и вправду мой родной город, из которого матушка меня увезла в Европу. Я ни капли не скучал по этим улицам и людям, причинившим столько проблем моей семье. Лишь Рэдж был светом в этом очерненном месте.
- Я на служебной за тобой приехал, ты не против прокатиться до моего дома? — спросил парень, подхватив меня под локоть, — покажу родные места, — он повёл меня к припаркованной Maserati.
- Служебная? — взмыв бровь вверх, спросил я, видя выделяющуюся из рядов такси красную машину, — ты на дьявола работаешь?
- Не совсем. Я сам себе работодатель, — посмеялся Рэдж.
Он открыл передо мной дверцу машины, к которой я боялся даже подойти. Я прекрасно располагал информацией, насколько дорогая эта тачка. Конечно, семья Реджинальда всегда отличалась от моей, хотя бы полноценностью. Отец и мать прекрасно ладили между собой, имея бизнес, в который, видимо, постепенно влили сына. Но я был вне информации их дальнейшего развития. В телефонных разговорах Рэдж редко упоминал родителей, едва мимолетно намекал на их путешествие вокруг света. На его подростковые плечи легла забота о младшей сестре и, вероятно, домашний бизнес.
Мы потеряли связь примерно на пару лет, пока я служил в сухопутных войсках Италии. Именно этот период жизни открыл мне глаза на будущее. Я впахивал до последней капли крови на государство ради жалования, на которое воздвиг дом для родной матушки. Но не всё складывалось по моим планам. И в итоге, достроив наше жилье, мою мать забрала пневмония в свои жадные объятия. Она скончалась за неделю до моего приезда, и я смог проститься с ней уже стоя у могилы. Я бы хотел всё вернуть вспять, но больные костные мозоли напоминали мне о реальности этого мира. О том, что нужно сменить три шкуры, чтобы честным трудом заработать гроши на жизнь.