И что если от «Себя» не уйти?
-Я не уверен, что потяну это. С каждым трупом я теряю рассудок. Ухожу в себя, и меня ужасает, что я не чувствую жалости. -Так и должно быть, – подтвердил Редж наконец распустив руки,- это наша сущность. Мы делаем это во благо. Но твоя должность не связана с такой грязной работой.
-Должность?
Признаться, я до сих пор мало соображал в их терминах. Я терялся от слова к слову, но чем больше я узнавал, тем любопытнее мне становилось.
-Я рассматривал тебя на должность моей правой руки. На роль советчика. Мы близки с тобой. Всегда были. Ты мне, как брат и я хочу, чтобы так и оставалось. И вдруг он сомнительно осмотрел меня. Его лицо исказилось в догадках.
-Откуда эта куртка?- спросил он, дотронувшись до моего плеча.
-Тресс отдала…
-Ты знаешь, чья это вещь?
-Стива.
Реджи замолк. Он со скорбью опустил взгляд.
-Год прошёл, как его убили…А я всё молчу. Не даю ответ…
-Кто его убил?
-Другие. О них ты узнаешь позже. Если решишь вступить в мою семью.
-А что же «проверка Мириам»?
Реджинальд неожиданно засмеялся.
-Как? Это Феникс так назвал? Я думаю, ты прошёл её заочно, ведь мы живем в одном доме. Хотя в твои обязанности будет входить присмотр за моей сестрой.
«У тебя есть шанс отказать. Ты хотел отдалиться от Мириам. Хотел заработать и уехать. Откажись!»- требовал разум.
Но я был куплен идеей, что Мириам будет рядом. Насколько бы я не хотел удалить ее из головы. Она прочно зацепилась. -Вступив в семью, твой заработок будет иным. Ты сможешь купить дом уже через неделю. А виллу у моря через месяц. Я снабжу тебя всем необходимым. Обеспечу безопасность. Все нюансы звучали так сладко, что мне хотелось прокричать о своем согласии. Но это нарушит все мои планы на «новую жизнь». Мне придётся остаться в Лос-Анджелесе. Обосноваться здесь. Вновь. Я терялся в сомнениях.
-Дам тебе время подумать. Сутки? Хватит? -Да, хватит.
Он одобрительно похлопал меня по плечу и пригласил войти в дом.
Гостиная была пуста, как и кухня. Дом будто обезлюдел и я не мог понять, почему мне так кажется. И лишь позже я понял, что причина в отсутствии Мириам. Я бродил по комнатам, ища себе занятие. Возле камина на книжных полках красовалась обложка Шекспира. Я вытянул ее и заметил, что эта книга была единственная не покрытая пылью. «Любовь бежит от тех, кто гонится за нею, а тем, кто прочь бежит, кидается на шею.»- прочел я на первой странице. И что было для меня странным, книга не пахла бумагой или пылью. От нее исходил аромат сладких духов, напоминающих Мириам. Я прислонился носом к странице и вдохнул полной грудью. Глаза закрылись от какого-то неизвестного мне блаженства. Опять началась борьба внутри. Мозги взрывались от моих противоречий и запретов, но сердцем я так хотел оказаться рядом с Мириам… -Генри,- донеслось моё имя из соседней комнаты. По шагам я понимал, что ко мне скоро выйдет Реджи с какими-то требованиями, и я спешно вернул книгу на место. -Вот,- Редж оказался уже возле меня с очередной папкой, - отвези её Питерсонам. И, загляни в местную больницу. Там Мириам сегодня дежурит. Может ей что-то нужно. -Разве она не позвонит, если что–то понадобится? - холодно спросил я. -Несомненно. Я хочу быть уверен, что у нее всё в порядке. Выбора не оставалось. Накинув куртку, я вышел на улицу. В воздухе витали хлопья снега и, падая на моё лицо, мгновенно таяли. Небо было контрастно синее. Деревья пестрили оранжевой листвой. Но ненадолго. С такими заморозками они быстро оголеют и займут пространство своими черными ветками.
Хантер вёз меня через Лос-Анджелес к дому Питерсонов. Я старался сильно не гнать, учитывая, что дорога скользкая от мороза и начавшегося снега. Конечно, это было опрометчиво — сесть на мотоцикл в такую погоду, но иной транспорт я не признавал. Каждый занос заднего колеса на повороте давал впрыск адреналина в кровь, и я лишь прибавлял скорость. Снег прилипал к рукам и лицу, я периодически смахивал его. У меня было достаточно опыта в вождении Хантера, и я мог уверенно бросить руль. Но не стал рисковать ради секундной гордыни за свои способности. Несмотря на то, что был обеденный часпик, на дорогах было мало машин, и я с лёгкостью опережал их, виляя в стороны. Подъезжая к дому Питерсонов, я заметил, что на улицах пропал яркий солнечный свет. Небо затянулось хмурой серой пеленой, с которой неистово сыпался снег. Хантер остался на кустарнике, а я пошёл к громадным дверям. Звонок раздался в доме и отзывался эхом на улице. Теперь я был уверен, что о моём прибытии знают абсолютно все. Дверь с тяжестью распахнулась. На пороге появился Эрик. Он выглядел вполне удивлённым.
— Добрый день, — он пожал мою руку, — могу спросить, зачем ты приехал?
— Реджинальд просил передать Дереку документы.
— Что же, я передам, — он бросил мою руку и сразу протянул ладонь к папке.