— Прости, но я отдам её только в руки Дерека, — я заслонил её курткой.
— Его нет дома. Он будет только завтра, — нервно ответил парень.
Помимо его голоса я слышал, что в доме есть ещё кто-то. Это было не моё дело, но почему-то я чувствовал ответственность. Ведь он должен стать спутником Мириам на всю жизнь, и отсюда я испытал волнение. За спиной парня пробежали по холлу две полуголые девицы. Эрик прикрыл дверь, заметив мой взгляд.
— Приезжай завтра, — прорычал он.
— Разве Мириам не твоя девушка? — иронично произнёс я.
— Ну, типа моя, и?
Его интонация вызвала во мне тошноту. Он казался ещё омерзительнее, чем в день нашего знакомства. Я не стал ничего отвечать. Мне было и так всё ясно. И я должен был уйти как можно быстрее, чтобы отвращение не переросло в ярость, а ярость — в удар в челюсть.
— Тебе что-то не нравится? — он скривил рот в язвительной улыбке, будто чувствуя, как я раздражаюсь.
Я игнорировал и был готов уже уйти.
— Расскажешь об этом Реджу? Он ведь все мои выходки спускает с рук, лишь бы я был первопроходцем у Мириам.
Слова лишили меня разума в один миг. Я ударил его с разворота в челюсть. Парень лишь отшатнулся назад и попробовал пальцами разбитую губу. Облегчение ко мне не пришло, но я не мог продолжить, боясь, что могу сильно за это поплатиться. Однако у Эрика были свои планы, он бросился на меня, поражая кулаками мои рёбра. Я не успел поставить защиту и заплатил за это болезненным хрустом около сердца. Секунда, и я был готов принять любой бой. Я ударил его ещё раз и ещё, он же отвечал. Мы сцепились в драке и ворвались в дом. Он швырял меня то на колону, то на стену. Я не мог отвечать ему в полную силу. Я должен был понять его тактику, его способности. И, как оказалось, Эрик был слабым соперником для меня. Он мог лишь нанести несколько ударов в области груди, но не трогал лицо. И отталкивать врага на разные препятствия. Если бы я был уверен, что нанеси я ему тяжкие повреждения, то Реджи защитит меня. Но мне почему-то казалось, что это не так. Что я в итоге останусь изгоем, и потому ждал, когда Эрик выдохнется. Ещё один удар, и я упал на пол, проскользив по мрамору несколько метров холла. Кожа под футболкой словно загорелась, и я вцепился рукой в болезненный бок.
— Убирайся, — прорычал он, еле дыша.
Я позволил ему победить, чтобы в дальнейшей схватке он не ожидал от меня ответной реакции. Чтобы знал, что я слаб и пуглив. Я встал на ноги и, хромая, добрался до дверей. Я чувствовал каждое своё ребро. Да, мне было адски больно. Но это не сравнится с теми побоями, которые я получал во время службы на Италию. Мороз встретил меня также неприветливо, как и Эрик. Он бил меня в лицо своими колючими объятиями, замедляя мои движения, которые и так напоминали улитку. Хотя наверняка этот слизняк обогнал бы меня на раз, два, три. Хантер по-прежнему лежал на кустарнике, припорошенный свежим снегом. Я наклонился к нему, коснулся пальцами руля и просто-напросто рухнул сверху. Мне было чертовски хворо даже дышать, что уже говорит о том, чтобы поднять махину весом с тонну. Перевернувшись на спину, я сжал рёбра руками, спрятав ладони в подмышки, так боль распределялась равномерно всей грудной клетке. Кротко вздохнув, я запрокинул голову на бак Хантера и посмотрел на сумеречное небо. Снег на его фоне казался таким невесомым и свободным. Он медленно опускался мне на лицо и щекотливо таял. Отдышавшись пару раз, я собрался мыслями и встал. С трудом, придерживаясь за мотоцикл. Мне было необходимо лишь поднять Хантера и сесть верхом, а дальше дело за ним. Всё просто. — Давай, дружище, помогай мне, — шипел я сквозь стиснутые зубы на мотоцикл.