— Что с Вами? — Тихо спросил я.
— Я думала Вы будете патрулировать коридоры, — Голос был хриплым, видимо много плакала, возможно кричала. Игнорирует вопрос.
— В этот день я обычно не в состоянии что-либо делать, кроме как напиваться, — Отвечаю я. Она наливает ещё, и мы опять выпиваем.
— Не любите этот праздник? — Спрашивает она, после того как осушила стакан. Я налил ещё.
— Дело не празднике, а в дате. Я не люблю этот день, — Тут она поворачивается ко мне лицом, и моя рука застывает на полпути ко рту.
Губа разбита, под носом кровь, возле рта тоже немало крови, глаза красные и заплаканные, лицо от слёз распухшее. Кровь уже успела засохнуть в некоторых местах. А где-то от слёз размазанная. Резким движением ставлю стакан на прежнее место. Хватаю аккуратно её за подбородок и не даю отвернуться. Смотрю прямо в глаза.
— Кто это сделал? — Рычу я. Молчит — Кто?! — Я понимаю, что начинаю заводиться. От гнева вскипает кровь в венах.
— Это не Ваше дело! — Огрызается она и отворачивает лицо. Я призываю лечебный бальзам.
— Мисс Грейнджер… — Ноль реакции. — Гермиона, нужно залечить Ваше лицо, — Она поворачивается ко мне всем телом.
Сначала очищаю её лицо от крови, потом начинаю обрабатывать губу, синяк на щеке и вижу, что на шее тоже синяки от пальцев. Я скриплю зубами. Обрабатываю и шею. Тут она кладет руку мне на плечо и тянет на себя. Я привстаю с колен, и мы начинаем целоваться. Такая сладкая, робкая и моя. Смелею и углубляю поцелуй. Отвечает, я подхватываю её и усаживаю на стол. Она слегка прикрикнула, но я тут же накрыл её губы своими. Растёгиваю рубашку на ней. Медленно, не хочу напугать её. Но понимаю, что это проказница уже расстегнула мою рубашку и водит руками по голой спине. А потом зарывается одной рукой в мои волосы. Я целую её шею, а Гермиона уже начинает расстегивает мне ремень на штанах и тут меня как током пробило. «Остановись!» — Кричит мне разум. Я отлетаю от неё. Мы оба тяжело дышим. Я отхожу к камину и кладу руку на каминную полку.
— Уходи… — Говорю я.
— Нет, не гони меня… Северус, послушай… — Я сильно сжимаю руки.
— Проваливай, я сказал! — Кричу я. Резко разворачиваюсь и иду к ней. Хватаю за руку и стаскиваю со стола. Выпихиваю за дверь в гостиную и закрываю дверь. Секунды длились вечность. Но слышу как хлопает дверь. Не могу себя больше держать! Нет! Хватаю первое, что попадает под руку — стул, и начинаю громить кабинет.
Через час сил нет. В комнате хаос. Всё разбито, валяются свитки, перья, чернила разлиты, запах разлитого алкоголя. Я сижу на осколках, на полу, прислонившись к столу. Хорошо хоть на стеклянной стене и книжных полках стоит защита.
Пью прямо из горла виски, большим глотком. Морщусь и швыряю пустую бутылку об пол. К множеству осколков прибавляется ещё. Дверь открывается и входит Минерва. Значит уже давно за полночь, время-то я не знаю, часы тоже полетели куда-то. Она суровым взглядом всё осматривает и достаёт палочку. Пару движений и всё возвращается на свои места, целое и невредимое.
— Я смотрю, у вас с мисс Грейнджер сегодня просто руки чешутся, — При её упоминании сердце предательски сжимается.
— Что с ней случилось? — Я встаю, но ноги не слушаются меня.
— О-о-о, да Вы хороши, профессор, — Говорит она. Подходит ко мне и помогает мне встать. Помогает добраться до кровати.
— Кто это сделал с ней? — Говорю я в подушку.
— Твой Малфой совсем с цепи сорвался. Он пытался её изнасиловать. Усмири мальчишку или он покинет школу, — Последнее, что я слышу и проваливаюсь в сон.
Утро было тяжёлым, голова болела, несмотря на выпитое зелье, а из-за тошноты пропало любое желание завтракать. Хорошо, что Дамблдор не такой уж и зверь и отменил сегодня занятия. Хотя может аргументы Минервы его убедили. Сейчас это не имело большого значения.
Большую часть утра я провёл в обнимку с унитазом. Возможности добраться до лаборатории не было. Вот тебе и волшебник, да будь ты хоть самим Мерлином, но пить столько алкоголя, да ещё мешать вино, ром, виски — плохая идея и аукнется тебе на следующее утро.
Найдя в себе силы, я забрался в ванную. Разработанные мной бальзамы помогли расслабить тело, а специальные масла избавили от головной боли, хотя разум был ещё немного затуманенным. Даже тошнить перестало. Когда я стал себя хоть немного чувствовать человеком, то вылез из ванной и устроился в гостиной на диване с чашкой кофе. Моё умиротворение прервали директор и декан гриффиндора. Мой скромный опыт показывал, что сочетание этих двоих ничем хорошим для меня не заканчивается.
— Я бы пожелала тебе доброго утра, Северус, но грубить не хочу, — С «маминой» улыбкой на лице сказала Минерва. Я лишь наградил их кивком головы. Мы устроились на диване.
— Ну, чем обязан? — Не стал ждать я.
— Мы насчёт вчерашнего. Твой подопечный, Малфой, попытался совершить насильственное действие над мисс Грейнджер, — Держись, Северус. Из-за всех сил, что были у меня в таком состоянии я пытался сохранить равнодушие. Но желание лично придушить своего крестника было велико.
— Какие доказательства? — Ровным тоном спросил я.
— Я шла в теплицы. Хотела узнать касательно стажировки мистера Долгопупса. Проходя мимо заброшенного класса, я увидела, что он не закрыт. Заглянув во внутрь, я увидела, как Малфой склонился над Гермионой и говорил. «Ну же Грейнджер, не упрямься!» Лицо моей дорогой девочки было все в крови, а про её состояние я вообще молчу! Она не могла и слова сказать от испуга и паники. Я даже не смогла отвести её к мадам Помфри в лазарет. Как только я оттащила Малфоя, она убежала. — Повисла тишина, я обдумывал рассказ Макгонагалл, а они видимо ждали моего вердикта.
— Вы разговаривали с Драко? — Я встал со своего места. Зайдя за диван, стал мерить комнату шагами. Благо теперь место было больше.
— Он утверждает, что нашел её в таком состоянии. Кажется, здесь раньше был стол… — Задумчиво подметил Альбус. — Он отдал мне воспоминания. В этих воспоминаниях, он находит мисс Грейнджер уже в таком состоянии и пытается ей помочь, но та отказывается. Затем профессор, — На этом слове Минерва закатывает глаза. — Макгонагалл, заходит в класс.
— Да что ему стоило подменить воспоминания? Слизнорту это удалось, вот и этот слизеринский гаденыш тебя обманул. Может уже хватит строить из себя добродушного старичка, Дамблдор! Мы знаем достаточно твоих скелетов, и я лично видела тебя в деле. Прояви уже гриффиндорское мужество и отчисли поганца! — Давненько я не видел Мини такой разъярённой. Интересно, она про меня так же скажет, когда узнает, что я чуть не трахнул её девочку?
— Успокойтесь, Макгонагалл. Хватит оскорблять мой факультет и моих студентов! Я лично поговорю с мистером Малфоем. Я, если Вы ещё не забыли, обладаю даром легилименции. Где он сейчас? — Ну наконец-то хорошая возможность поговорить с мальчишкой. Бегает от меня, даже когда я сказал идти ко мне в комнаты, сбежал.
— Сегодня он не должен был покидать подземелья. Если он не нарушил это табу, то в гостиной своего факультета. — Ответил Альбус.
— Я поговорю с ним и потом приду к Вам, директор, — Я встал и покинул свои покои. Стоило мне зайти в спальню мальчиков, как все, кроме Драко, покинули её.
— Профессор… — Опустив голову, пробубнил он.
— Молчи. Ты хоть понимаешь, что натворил? Быстро поднял голову и посмотрел на меня, — Спокойным тоном говорю я. Крестник, немного поколебавшись, неуверенно поднимает голову. Я тут же проникаю в его сознание.
Драко идёт один по коридору. Тут вылетает Рон Уизли и буквально сбивает своим телом Малфоя. Уизли взбешён, глаза бегают, значит ещё нервничает.