— Макс тебя выгнал из квартиры? — Удивленно воскликнула Марселла. Она уставилась на своего мужа, буквально сверля его глазами.
— Нет, — Марана вымученно улыбнулась. — Но жить в его квартире я больше не смогу.
— Сейчас все поедем и поможем тебе собрать вещи, и ты будешь жить у нас! — Твёрдо сказала Марселла, Кристиан удивился такой отзывчивости своей жены, но был согласен с ней полностью.
— Нет, — возразила Марана. — Мне удобно, у меня ребенок маленький, он будет вам доставлять дискомфорт. — Марселла обняла девушку рывком.
— Это даже не обсуждается! — Строго сказала Марселла и потянула девушку за руку к лифтам.
Марана все выходные просидела в комнате, которую ей выделили в доме Аллан. Жизнь в мгновение ока стала бесцветной, словно ее лишили души. Марселла, видя состояние девушки, взяла на себя заботу о ее ребенке, что Кристиан не мог не оценить. Он радовался такому кардинальному изменению в поведении своей жены. Она стала думать не только о себе. Марселла ловко справлялась с малышом. После возвращения домой он словно вернулся к другой женщине- Марси с каждым днём все больше походила на идеальную жену. Конечно, он подозревал, что не она готовит, но он слышал, как Марселла обсуждала с помощницей меню, как сама подбирала ему одежду, как проверяла работу помощниц по дому.
К вечеру воскресенья Кристиан забеспокоился- Марана безвылазно сидит в комнате. Он позвонил Максимилиану, но тот в грубой форме потребовал от Аллана, чтобы он больше не совал свой нос в его жизнь, иначе их многолетней дружбе придет конец. Кристиан, мягко говоря, охренел от такой постановки вопроса. Хотя прекрасно понимал, что Максимилиан бесится из-за всей этой ситуации, из-за своего идиотского поступка. Действовал Макс с горяча, а как остыл, понял, какую ошибку совершил, но признать ее не мог- гордость не позволяла. Кристиан решил не давить на мужчину, в конце концов, он сам придет к выводу, что все нужно срочно исправлять, ведь чувства к Маране у него были и сильные, и вырвать из сердца девушку будет практически невозможно.
Кристиан стоял перед дверью в комнату Мараны, обдумывая по какой причине он пришел, потому что сказать ей, что он беспокоится за ее состояние было равносильно тому, что сказать ей: «Ты мешаешь нам, поэтому съезжай!» Он уже занес руку, чтобы постучать в дверь, но Марселла не позволила ему трогать молчаливую гостью, объясняя тем, что Маране нужно побыть одной, все обдумать и принять решение. Марселла одела Раяна, и они отправились гулять, а Кристиан остался дома следить за Мараной.
Кристиан стоял близко к двери в комнату Мараны и прислушивался, приблизив ухо к прохладному дереву, но в комнате была полная тишина. Перед глазами стали всплывать странные образы девушки с перерезанными венами, потом картинки сменились и Марана уже болталась в петле. Кристиан сам удивлялся тому, что с ним сейчас происходит, потому что истеричкой он никогда не был, а вот сейчас его охватывал животный ужас от тишины в комнате, где Марана возможно выпрыгнула из окна? Мысли, что Марана от отчаяния что-то сделала с собой, полностью завладели разумом платинового блондина, сердце стало заходиться в бешенном ритме, понимая, что дальше он ждать не может, мужчина выбил дверь и ворвался в комнату, напугав спящую девушку. Она растеряно на него смотрела, не понимая, что происходит. Кристиан тоже был удивлен тому, что впервые в жизни он поддался истерике. В глубине души он был счастлив, что с ней все в порядке и она просто спала. Его единственным желанием сейчас было- подлететь к ней и обнять.
— Марана, прошу прощения! Мне послышались странные звуки, и я подумал, что ты…
— Покончила с собой? — Закончила девушка за удивленного мужчину. Он кивнул. Марана ухмыльнулась и снова улеглась на кровать. Кристиан выдохнул и, почувствовав облегчение, вышел из комнаты, прикрывая дверь за собой.
В офисе Аллан предоставил Маране новое рабочее место. Максимилиан делал вид, что не замечает девушку, а друзья все, как один, говорили ему, что он не прав, но Макс не желал слушать ничьих советов. Он и сам мучился от душевной боли, понимая, что поспешно разорвал с ней отношения, он должен был выслушать ее, понять. Он был уверен, что Марана неправильно поступила, скрыв от него правду. Это обижало его, давая понять, что она ему не верила, но ведь он прекрасно знает, по какой причине она перестала доверять людям. Он помнил тот вечер, когда увидел девушку избитую Сейей в ее старой квартире, и эти воспоминания буквально разрывали его сердце. Но он хотел, чтобы и она желала примирения, Маране же, по всему ее виду, было все равно с ней Максимилиан или нет, и это тоже задевало его гордость.