И затем через секунду свист, машина подлетела, перевернулась Джей и водителя кидало по салону. Затем тишина дым и боль...
"Настоящие"
Она вздрогнула от хлопка входной двери и снова оказалась на своей кухне, виски, тусклый свет кухни. Джей моргнула; вокруг неё снова был стол и пустые стены.
Goddamn it, Joel
Последующие дни Джоэл продолжал думать о последних словах Джей. Он складывал пазлы в голове: "Шрам явно не один, вот почему она постоянно носит закрытую одежду. Плен… но она же снайпер, как могла оказаться там?" Джоэл не был солдатом в нормальном понимании, но черт, даже он понимал: "Снайпера не так просто взять в плен. Тогда как она там оказалась… предатель?" Он мотнул головой и снова вернулся в реальность.
Элли жаловалась, что хочет носить футболки, но из-за шрама не может.
— Элли, ты знаешь, что никто не должен это видеть… — начал Джоэл.
— Да знаю я! Никто не должен знать, что я имунная, — передразнила она его.
— Элли… мне жаль, что ты не можешь, но так нужно.
Она резко встала, перевернула стул, зло посмотрела на Джоэла и рванула на верх в свою комнату. Джоэл услышал хлопок двери, вздохнул, провёл рукой по лицу и стал убирать со стола. Сегодня снова будет ночное дежурство, и ему даже было интересно, придёт ли Джей.
Последние два дня она старательно избегала его: он появлялся – она исчезала. Он хотел подойти, хотя сам не понимал, что ей сказать. Черт, её избегание бесило его, но явных попыток сблизиться он не делал.
Ближе к вечеру Джоэл уже стоял на стене. До смены оставался час, но он пришёл раньше – не мог усидеть. Мысли о Джей крутились в голове, как осы в улье, жаля с каждой попыткой выкинуть её из головы. "Снайпер… Если она сказала правду – как вообще могла попасть в плен? И что с ней там делали? Как выбралась? Но как задать эти вопросы, чтобы она действительно ответила? Прижать к стене, как хотел тогда… или просто поговорить?"
Ребята, уходя, кинули короткое "Хорошего дежурства!". Он лишь хмыкнул. В хорошем он сомневался, и не из-за заражённых, хотя и тут нельзя быть уверенным.
Джей появилась на стене ровно в полночь. Не минутой раньше, не позже. Джоэл сразу повернулся – та же закрытая одежда, только теперь и шарф добавился. Осень в этом году бьёт холодом сильнее, чем в прошлом. Она поставила винтовку рядом и подошла к краю стены. Джоэл хотел поздороваться, но горло сжало. Слова застряли, как камень. Да и она молчала.
Смена шла в тишине. Джей не смотрела в его сторону, только изредка поднимала бинокль, просматривая периметр. Он краем глаза наблюдал за ней, но ничего необычного – ровные, отточенные движения, будто по привычке, будто всё это ей уже давно безразлично.
— То, что я тебе сказала... просто забудь, хорошо, — вдруг произнесла она, не отрывая взгляда от горизонта.
— Как ты оказалась в плену? — спросил Джоэл, не сдержавшись.
Она скривилась, пальцы сильнее сжали бинокль. Молчание повисло, и он уже подумал, что ответа не будет.
— Когда ты в армии, и у тебя получается... — начала она тихо. — Это словно адреналин. Кажется, что весь мир у твоих ног. Но армия, не про это. Там только приказы, боль, кровь и смерть. Вот и всё.
Она отошла от края, вернулась к винтовке и присела, прикрыв глаза. Ответа не последовало. Да и зачем уже. Дежурство прошло спокойно – насколько это вообще возможно в их жизни. Когда к шести утра поднялась смена, Джоэл заметил, как Джей едва заметно улыбнулась одному из парней, поднявшихся на стену. Он скривил губы, стараясь не показывать раздражение, но взгляд всё равно зацепился.
— Ну что, как прошло, малышка Джей? — весело спросил парень.
— Я давно не малышка, Джейкоб, — ответила она, усмехнувшись.
— После смены зайду, угостишь кофе, а?
Джоэл почувствовал, как внутри всё напряглось. "Кофе? Часто ли она кого-то приглашает к себе на кофе?"
— Прости, я буду занята, — спокойно сказала Джей. — С Джоэлом. Будем красить фасад.
"Какой, к чёрту, фасад?" мысленно выругался Джоэл, нахмурившись. Джейкоб перевёл взгляд на него, заметил мрачное лицо и коротко кивнул:
— Тогда в следующий раз.
Джей попрощалась и направилась вниз. Джоэл, не раздумывая, пошёл следом.
— Что-то не припомню, чтобы ты просила меня помочь с фасадом, — заговорил он, когда они свернули к оружейной.