— Саша. Прости меня за все. Я…
— Объяснишь все, когда мы выберемся из города. — перебил ее Джон, продолжая озираться.
— Саша. Они не оставят нас в покое… — девушка взяла его ладони и нежно стиснула.
— Нам главное продержаться три недели. Пойдем.
Пара быстро шла сквозь дворы, найдя небольшой продуктовый магазинчик, Джон быстро затарился в нем едой, и они продолжили путь. Слушая разговоры на частотах ФСБ и МВД, он понял, что город закрывают и перебрасывают сюда дополнительные силы. Но особо интересные разговоры проходили на шифрованных частотах. Кольт прекрасно знал, что если они в течении часа не смогут выбраться из города, то без боя их уже не отпустят. Единственным вариантом для них остается стремительный прорыв из города по лесной зоне через частный сектор. Джон перевесил рюкзак со спины на грудь и сказал Вике запрыгнуть ему на спину и держаться покрепче. Девушка сначала со скепсисом отнеслась к подобной идее, но пронзительный взгляд голубых глаз заставил ее согласиться. Как только Вика заняла свое посадочное место, Кольт побежал. Сначала это был легкий бег, затем все быстрее и быстрее, и вот Джон уже не бежит, а почти низко летит по проселочной дороге, раздолбанной как его жизнь. Все это время Вика зажмурившись, прижималась к нему, стараясь сдерживаться, чтобы не блевануть ему за шиворот.
Девушка не знала сколько прошло времени с момента начала забега. Она открыла глаза, когда ощутила, что уже не движется и увидела, что они находятся в заброшенной деревушке, несколько старых покосившихся домов, куча опавших листьев и еще желтые деревья и скелеты старой сельхозтехники.
— Ты как? Не укачало? — спросил Джон, сняв с головы капюшон.
Но ответа он так и не услышал, девушку стошнило прямо на месте. Опорожнив желудок, Вика вытерла рукавом рот и виноватым взглядом посмотрела на мужа.
— Подожди здесь.
Джон отправился проверять дома, чтобы определить их состояние. Пара домов оказалось более приличными чем их собратья. Стащив уцелевшую мебель в один дом, Кольт пригласил туда жену, чтобы пообщаться. Усевшись на табуретах за потертым столом, Джон достал немного закупленной еды и начал ждать рассказа жены. Вика неуютно чувствовала себя под внимательным и тяжелым взглядом мужа, но все же решилась заговорить.
— Еще раз прости меня… за… за все.
— Вика. Начни сначала. Я понимаю, что ты сейчас извиняешься не за нападение на меня в квартире, а за что-то другое. Расскажи. — Кольт старался вести себя дружелюбно, ведь он так привык доставать информацию другими способами.
— Значит, ты не помнишь? Ладно. Когда ты учился в школе, то был невероятно умным, у тебя получалось все, за что бы ты ни брался. Вот тогда тебя и взяли в оборот федералы, предложили работать на страну, сулили светлое будущее, но ты отказался. Поэтому к тебе приставили меня, я была такой же как ты, особенной, моя способность заключалась в даре убеждения. Поэтому меня и прозвали Ведьмой. Моя мать одна из офисных крыс в ФСБ, как только у меня стали проявляться силы, я стала заложницей. Пока я делала все что они говорили, я была жива, а так они грозились меня отдать ученым на исследования. Моим заданием было привязать тебя к себе и внушить согласиться на их предложение, но я облажалась, не сдержала силы и повредила твое сознание. Руководство проекта «Верха» решили меня и тебя устранить, отдать ученым, но хвала всевышнему вмешались твои родители. Они смогли отбить нас у ФСБ и спрятать. Чтобы обезопасить нас, они уничтожили несколько правительственных объектов, где хранились данные о нас. Спустя года, когда наша внешность претерпела изменения, они попросили меня поставить тебе ментальный блок и отправили тебя жить в мир, а я осталась у них и продолжила обучение. Затем твои родители пропали, я не знала, что делать и стала разыскивать тебя. В это время ты уже работал обычным сантехником в ЖКУ, я к тебе очень привязалась за все то время что мы провели вместе, поэтому не смогла ничего с собой поделать и подошла к тебе. Естественно ты меня не помнил, но я не отчаялась и вскоре ты меня так же полюбил как я тебя. И это не было внушение. Клянусь. Мы стали жить вместе, хоть и было временами тяжело, но я никогда не применяла свои способности, так как у правительства появились устройства способные улавливать пси возмущения. Я оказалась не единственной одаренной с такой способностью. Но все изменилось, когда два месяца назад ты меня встретил с работы, ты был просто другим человеком. Тогда я поняла, что твои способности стали возвращаться, но ты еще ничего не вспомнил. С того дня я каждый день терзала себя сомнениями снять ментальный блок или нет. А когда ты увидел мой клинок, то по твоему взгляду сразу поняла, что ты узнал его. И… и испугалась, воздействовала на тебя, чтобы ты посчитал это безделицей, но когда не сработало и ты схватил меня… я… я запаниковала. Не сдержала сил, причинила тебе боль и раскрыла нас… — закончила свой рассказ Вика и опустила полные слез глаза.
Джон сидел со спокойным видом и переваривал сказанное. В этом мире всё-таки был Левиафан, вот только его сдержала Вельва. Но больше всего его интересовали родители Саши. Кто они такие и откуда у них такие ресурсы. Конечно у него были предположения, но он хотел узнать правду.
— Кем были мои родители? — спросил Кольт.
— Давай я сниму с тебя блок, и ты все вспомнишь. — сказала Вика, но не посмела протянуть к мужчине руки.
— Нет. Не нужно. Просто расскажи. — холодно произнес Джон.
— Твои родители состояли в ордене Ассасинов, это… — Кольт перебил девушку, сказав, что знает кто это. — Твой отец был первым клинком в братстве, а мать целительницей, хотя раньше состояла в ордене тамплиеров. Они учили нас и оберегали, со временем члены ордена стали пропадать, пока эта ужасная участь не добралась и до твоих родителей. Братство обмелело и тогда, я ушла на твои поиски. — сказала Вика.
От такой новости Джон был сконфужен, ведь в изначальной реальности он выдавал себя за ассасина только чтобы разобраться с Лигой убийц, а в этой реальности его клон был наследником ордена Ассасинов и являлся им по крови. Многое оставалось неясным, поэтому внутри Кольта с большей силой разгорелось желание обернуть время вспять и вернуться в свою реальность.
— Саша. Я очень перед тобой виновата… я тебе врала… — Вика не могла подобрать слов.
— Уж кому-кому, но не мне тебя судить. — этот ответ поразил девушку и она, утерев слезы, вопросительно смотреть на него своими большими голубыми глазами.
— Я не Саша. Точнее не тот Саша которого ты знала. Я двойник Александра из другого мира. Один знакомый вернулся во времени и изменил историю создав новую реальность в которую меня и закинуло. Когда я попал в этот мир, то не намеренно уничтожил твоего Сашу. Именно в тот день, я тебя встретил с работы, а ты заметила изменения. — сказал правду Кольт.
Вика не хотела верить, ей казалось все это безумием и бредом сумасшедшего, но не верить она ему не могла. За те два месяца, что она провела с Левиафаном, он ни разу не нарушил своего слова и ему просто не было резона сочинять такое. Немного помолчал, девушка вышла из дома. Джон не стал идти за ней, ей требовалось побыть одной, чтобы прийти в себя. Через двадцать минут она вернулась и ничего не говоря, приблизилась к нему и поцеловала. Поцелуй продлился с минуту, затем, когда Вика от него оторвалась, она заглянула в его глаза.
— Моя любовь к Саше выгорала от такой жизни, а когда он стал другим, она вспыхнула вновь. Оказывается, это были не старые чувства, а новые, к совершенно другому человеку. Не прогоняй меня… пожалуйста. — Вика обняла Джона и положила ему голову на плечо.
Кольт не знал, что ему сейчас делать. Она его безразмерно любит и готова искупить свою вину, но проблема была в том, что он не знал особенностей ее способности, может ли она манипулировать своими эмоциями. Если может, то он не сможет наверняка сказать говорила она правду или ложь. Подумав полдесятка секунд, Джон отстранил от себя Вику и отойдя от нее на шаг, создал на руках когти. Девушка наблюдала за этим с широко распахнутыми глазами и смотрела на Левиафана как кролик на удава, не имея возможности пошевелиться.