У бабушки елка украшалась особенно, не стеклянными игрушками, а «дарами». Затяжное печенье в виде луны, звездочек и просто кружочков, посыпанное сахаром и корицей, выпекалось непременно в печи. С осени специально для ёлки сберегались отборные маленькие красные яблочки, их следовало повесить за черенок. Иногда в виде даров принимались сушки и конфеты. На бабушкиной елке обитали два подслеповатых ангела из ваты, настоящие пенсионеры. Надежда Александровна торжественно выносила их завернутыми в белый накрахмаленный платочек. Эти игрушки остались с давней зимы тридцать восьмого года, когда её отца увели из дома суровые представители закона, объявив шпионом и врагом.
Ватные ангелы удивляли запахом выпечки и хвои, которые не выветрились от времени. Маруся верила, что эти ватные уродцы исполняют желания. Она их прижимала к лицу и шептала своё заветное. Но они, наверное, плохо слышали, потому что у них не было ушей.
Глядя на куст калины за окном, наспех украшенный мишурой и конфетами в золотистых бумажках, бухгалтерша подумала, что кроме неё затеять здесь зимний праздник некому.
Новый год шумел в маленьком поселке так же, как и в большом городе. После двенадцати ночь взбесилась петардами, визжали шутихи, что-то взрывалось, бухало, и бедный Бекон от страха прыгал на диван, лаял и прятался по углам, царапался в дверь, кружил, сваливая на своём пути стулья, палки от пылесоса, тазики, припрятанные в кладовке до летнего варенья, обувь на полках.
- Ничего, один раз в году можно пережить, эту буйную радость непонятно от чего: календарь новый купили и постарели на год, - бубнила Евгения Ивановна, пытаясь успокоить обезумевшую собаку.
Юрик мучился не меньше любимого пса. После травмы головы он очень болезненно воспринимал громкие звуки. Он заткнул уши ватой, закрутил голову большим банным полотенцем и сидел на диване, запрокинув голову, не в силах ничего изменить.
- Юрик, выпей пустырничка, - советовала Евгения Ивановна.
- К черту пустырничек, надо строить бомбоубежище! - стонал Стилист.
Утренний кофе не взбодрил. Тётка сидела, опустив голову на руки. В семь Бекон разбудил всех лаем. Стилист пытался доспать, но пришли дети с колядками удивлять Евгению Ивановну разученными песенками.
Они остановились на веранде и заглядывали в окошко кухни, стуча по стеклу, чтобы на них обратили внимание. Один из колядовщиков в вывороченной зеленой дубленке изображал медведя, девочка в белом балахоне из простыни держала над головой палку с рогатой мордой. «Это коза», - догадалась Маруся. За спинами веселой компании маячило еще несколько раскрашенных детских лиц. Когда они заиграли на барабане и засвистели в глиняные свистульки - началось настоящее светопреставление. Бекон не чувствовал детей, а видел странных чужаков, которые сотрясали воздух неприятным шумом, от которого он устал.
Тетка митусилась по дому в поисках откупа, чтобы остановить выступление. Маруся была более расторопной. Быстро собрала в пакет банку варенья, любимые теткины хлебцы, яблоки и выставила на веранду. Дети обрадовались и приготовились ко второму номеру.
- Замрите, - строго приказала Маруся, - не начинайте без меня!
Она набросила на плечи своё пальто и выскочила навстречу колядовщикам:
- Пойдем к соседям! Они уже заждались вас.
Через час она вернулась в дом и победно положила на стол палку сухой колбасы:
- Весело у вас здесь и необыкновенно.
- Полагаю, что нам придется пережить этот бедлам еще раз на старый Новый год, - предположил Стилист.
- Ну, что ж, надо заранее подготовиться. И главное - участвовать. В этом и есть радость праздников, - усмехнулась бухгалтерша.