— Вон оно как, — почесал затылок староста. Оно и правильно — нечего других смущать. А еще вот что скажи: есть на свете такие места, где твари не водятся?
— Где я только не был, везде твари людям жить спокойно не дают, — даже не задумываясь, ответил странник. — Правда, в некоторых областях, где людей побольше — они сильно не наглеют. Боятся. В Краснояровской коммуне, это далеко на севере, — пояснил Странник, — даже специальные отряды созданы — чистильщики. Патрулируют все торговые пути, деревни от нечисти защищают. Вам бы тоже с городскими скооперироваться, ну, вместе чтоб…
— Да кому мы нужны, — горько усмехнулся старик, — кроме самих себя. — Исчезнут «Красные Петухи», и через год уже никто не вспомнит, что такие были.
— Ну, вы не отчаивайтесь, у вас еще ничего — жить можно. Я как-то раз забрался в такую глушь, так там тварь на твари, и тварью погоняет. Так там один городок есть… Не поверишь, люди за защиту какому-то божку жертвы человеческие приносят. Раз в три месяца на алтаре кого-нибудь по жребию забивают, и твари их поселение стороной обходят! В лесу на стаю оборотней наткнулись, те только носами поводили и восвояси убрались!
Староста передернул плечами.
— Своих резать — не по мне такая защита! Так вы с утра выходите? — неожиданно перевел он разговор в другое русло.
— Да с восходом и тронемся.
— Слушай, хочешь, я тебе пулемет подарю? — вдруг расщедрился староста. — Большой! С турелью. Поставишь его на телегу… И патронов дам в избытке.
— Не откажусь, — согласился Странник.
— А за серебро тебе спасибо! — разоткровенничался старик. — Без него селу хана!
— Да ладно, чего уж там! — смутился Странник. — Я ж все понимаю…
— Хороший ты мужик! — староста обнял Странника за плечи и заглянул ему в глаза. — Может, у нас останешься? Избу тебе всем миром срубим, — искушал он гостя. — Ты кладезь полезных знаний… Ну, оставайся!
— Рад бы, да не могу! — твердо ответил Странник. — Такой я человек. Ладно, вы гуляйте, а я телегу подготовлю — с утра некогда будет.
— Пойдем, — староста тоже поднялся из-за стола, — я тебе пулемет отдам.
Летняя кухня, превращенная старостой в арсенал, вызывала уважение. По стенам, блестя смазкой, были аккуратно развешаны всевозможные виды оружия. На полу стояли крепкие деревянные ящики с боеприпасами.
— Внушает! — присвистнул Странник. — И гранаты есть? — удивленно протянул он.
— Бери, — великодушно разрешил староста.
— Ты мне эту дуру сватал? — указав на большой пулемет, примостившийся на раскорячившемся треножнике спросил Странник.
— Его, — улыбнулся староста. — Хороша машинка…
— А чего же отдаешь? — хитро прищурился чужак.
— Патронов на него мало, — честно ответил староста. — Вот это все! — он поставил перед странником два небольших металлических кейса. — Вам-то все равно — расстреляете патроны, да и бросите пулеметик. А меня жаба давить будет… А так, хоть хорошее дело сделал. Ну, берешь?
— Дают — бери, — философски заметил Странник, набивая карманы гранатами.
Затем он сложил треногу и взгромоздил пулемет на спину.
— Спасибо этому дому, — сказал он, протискиваясь в услужливо распахнутую старостой дверь.
Из села его выпустили без вопросов, но помочь донести тяжелый пулемет до телеги, желающих не было.
«Благо хоть не в гору тащить», — успокаивал себя странник.
— Ух, и тяжелая же дура! — выдохнул он, бросая пулемет на телегу.
— Ты откуда это чудовище припер? Староста сосватал? — усмехнулся Щербатый, который уже несколько часов возился с телегой, стараясь как можно лучше приготовить её к долгому пути.
— Староста, — сознался странник, пытаясь развернуть сложенную треногу.
Вдвоем со Щербатым они быстро установили пулемет на телеге и прикрутили её к деревянному днищу болтами.
— Солидно выглядит! — одобрительно хмыкнул подошедший к путешественникам староста. — Не свалится? — поинтересовался он.
— На совесть прикрутили! — похвалился Щербатый, заправляя ленту с патронами в приемник. — Ща проверим, — Щербатый запрыгнул на телегу, прицелился в тонкое деревце, росшее неподалеку, и плавно спустил курок.
— Та-та-та, — дернулся пулемет.
Щепки полетели в разные стороны, а деревце накренилось.
— Работает! — радостно воскликнул староста. — Теперь не скажете, что старый Селиван вам дерьмо впарил! Только ты это, — обратился он к Щербатому, — поставь на одиночные — так экономнее.