— Ага, найдешь их — краска-то уже давно облупилась.
— Третье! — радостно воскликнул Странник. — Я же говорю — мне везет.
«Хр…..щ N 3» — гласила надпись на ангаре. Двери хранилища были сорваны с петель и валялись рядом. Путешественники заглянули внутрь, но ничего кроме мусора не обнаружили. Та же картина наблюдалась и в остальных ангарах.
— Эх, сколько время потеряли! — разочарованно воскликнул Щербатый.
— Подожди, не ной раньше времени! — не желал успокаиваться Странник. Пошли в седьмое.
Он подобрал с земли палку, выудил откуда-то из-под куртки паклю и намотал её на деревяшку. Затем порылся в карманах и достал небольшой пузырек с прозрачной жидкостью, которой и облил паклю. Запалив факел, Странник вошел под крышу седьмого ангара. Что здесь раньше хранили, было не разобрать — трухлявые разбитые ящики, ржавые бочки — все это давно перемешалось с гниющей листвой, заносимой в хранилище ветром сквозь отсутствующую дверь. Стены сочились влагой. Пол хранилища шел под уклон, а затем, на глубине примерно двух человеческих ростов, выравнивался.
— Пусто, — выдохнул Щербатый, разглядев в колеблющемся пламени факела дальнюю стену ангара. — Пошли обратно?
— Погоди-ка, — Странник прибавил шаг. Ага, — радостно закричал он, — я же говорил!
У дальней стены хранилище не заканчивалось, оно просто изгибалось буквой «г», продолжаясь небольшим коридором. Коридор обрывался массивной железной дверью. Когда путники приблизились к ней, стало видно, что её неоднократно пытались вскрыть всевозможными способами: от ударов кувалдой, до тротиловых шашек, это было видно по закопченным стенам. Странник внимательно осмотрел дверь и две замочные скважины. Затем достал связку с ключами и принялся перебирать ржавые железки. К изумлению Щербатого, нужные ключи на связке нашлись. Удовлетворившись осмотром, Странник заметил:
— Главное, чтобы дверь не перекосило!
— А если замок от старости заклинило?
— Не боись, на этот случай у меня один фокус приготовлен!
Он выудил из своих необъятных карманов еще один пузырек.
— Держи факел. Я надпись не разберу.
— А чего это? — спросил лесоруб, подозрительно покосившись на стеклянную емкость.
— Это специальная жидкость — сопливчик. Мне её один сильный маг подарил — идеальная смазка. Как же это он умно сказал? — Странник наморщил лоб. — О, вспомнил: нейтрализатор трения! Сейчас я его в скважину капну — замочек будет крутиться как новенький. Ну-ка…
Он отвинтил колпачок и капнул по нескольку капель в каждую замочную скважину. Затем немного подождал и засунул в замки подобранные ранее ключи. В вязкой тишине пустого хранилища клацнули открывающиеся запоры.
— Вот, а ты говорил…
Странник потянул за приваренную к двери железную ручку, но дверь не поддавалась.
— Капни еще в петли, — посоветовал Щербатый, — их, кажется, тоже прихватило.
— Как это я сразу не догадался! — хлопнул себя по лбу ладонью Странник.
Едва петли были смазаны чудной жидкостью, дверь отворилась, даже не скрипнув. Странник, держа факел на вытянутой руке, шагнул в дверной проем. В этой части помещения было намного суше, чем в предыдущей. И чище. Только пыль толстым слоем лежала на целеньких, почти не тронутых временем деревянных ящиках. Откинув крышку одного из них, Странник с удовлетворением заметил:
— Примерно так я и предполагал. Оружие! Да мы с тобой теперь богачи, Щербатый. Тут автоматов и винтовок, патронов к ним, гранат и еще всякой всячины сорок сороков!
Щербатый любовно прикоснулся к промасленной бумаге, в которую были завернуты стволы.
— Словно только что сделаны! — с присвистом выдохнул он.
— Да, законсервированы на совесть, — согласился с ним Странник. — Они еще сто лет пролежат, и ничего с ними не случится! Пойдем, поглядим, чего тут еще есть.
Кроме груды оружия в хранилище обнаружилось несколько коробок с новеньким, практически не порченным плесенью, обмундированием и обувкой. Странник, не долго думая, скинул свои порядком изношенные сапоги и нацепил по подходящие по размеру высокие армейские ботинки.
— А это чего за фигня? — вскрыв очередной ящик, спросил Щербатый.
— У-у, — протянул Странник, выуживая цилиндрические жестянки, измазанные, как и автоматы, солидолом, — это, брат, консерва! Тушенка.
Он перебрал несколько банок, откинул в сторону раздутые, затем выдернул из сапога нож, и воткнул его в крышку. По хранилищу пополз одуряющий запах мяса. Странник подцепил кончиком ножа волокнистую субстанцию и положил себе в рот.