– Ложись! – заорал Бакстер и, обхватив Милтона поперек корпуса, уволок его за машину; и как раз вовремя, потому что пули ударили в окна прямо у них над головами, осыпав их дождем из мелких осколков битого стекла.
Продолжая разговор с Тео, Милтон скрючился в позе эмбриона и хрипло крикнул в свой риг:
– Мы здесь оказались в крайне неприятной компании, это очень серьезно!
Бакстер сидел, прижимаясь спиной к «Лэнд Роверу». Рядом с ним тип в черных очках поднял винтовку одной рукой и вслепую выпустил очередь в сторону двух «Ягуаров», которые резко остановились на въезде в тупик, фактически зажав «Детей Эллюля» в тиски между собой и домом.
Из первого автомобиля выскочил Фрейзер и принялся палить по ним, используя открытую дверцу в качестве щита. Пули застучали в металл в непосредственной близости от Бакстера. Одна из них со свистом скользнула по его ригу, после чего дисплей начал глючить. Прячась, он наклонился пониже. Раньше он множество раз участвовал в игровых сражениях и находил их пугающе реалистичными. Но сейчас, когда по его укрытию с грохотом молотили настоящие пули, он вдруг подумал, что слоган компании «Эмоутив» – реальнее, чем сама реальность – не вполне соответствует действительности. Потому что реальность была просто чудовищной.
Бойцы сопротивления усилили ответный огонь, потому что из второго «Ягуара» за спиной Фрейзера выскочили и другие пассажиры, сразу же подключившиеся к перестрелке. Судя по их одежде, это были гости званого ужина – с другой стороны, с чего бы это гостям приходить на званый ужин вооруженными до зубов?
От дома, перебежками и грамотно припадая к земле, подскочили еще двое вооруженных охранников. Укрывшись за каменными столбами у ворот, они открыли заградительный огонь из автоматического оружия, заставив «Детей Эллюля» залечь.
Хрустальная люстра над головой Хаугена содрогнулась и звякнула от прогремевшего в саду взрыва. Направляясь к парадному входу, он на лестнице столкнулся с Левински. Несмотря на окружающую роскошь, Доминик был одет в свои любимые джинсы, белые теннисные туфли и не первой свежести клетчатую рубашку поверх серой футболки. Вопреки своему довольно неряшливому виду, он излучал надменную уверенность хозяина положения.
Чтобы остановить спешащего вниз Хаугена, он на ходу схватил его за лацкан пиджака.
– Кто нас атакует?
– Фрейзер прижал у ворот «Детей Эллюля». А привела их сюда его гребаная – fokking – любительская тактика! Я же говорил вам, что этот человек – дебил! А еще у них есть сотня дронов, которые кружат над участком.
Левински отпустил пиджак Хаугена и ухмыльнулся:
– Дроны не проникнут за щит. А проникнут – тут же погибнут.
– Это верно, но их зажигалки могут выкурить нас отсюда. Они пришли по следам притона.
Грохот автоматных очередей снаружи усилился.
– Я говорил Фрейзеру, чтобы не привозил их сюда! – взорвался Левински, а затем подозрительно прищурился. – Это что, тот мальчишка Уилсон? Мы сразу должны были прикончить ту шлюху, как только она пошла против нас.
Хауген снова нацепил свой риг, после чего выхватил «беретту» и, передернув затвор, дослал патрон в патронник.
– Да, вы велели нам этого не делать. Потому что слишком боялись того, что она может рассказать людям. Как последний трус. Прочь с дороги!
Он отодвинул Левински в сторону и решительно направился к выходу.
Хауген уже был на полпути к воротам, когда возникшая над его головой стая дронов выпустила залп ракет по подъездной аллее. Одна из них угодила в кованые ворота, которые, превратившись в груду металла, ударили одного из охранников, стрелявшего сквозь решетку. Риг Хаугена показывал, что все небо заполнено дронами; его дисплей, пытавшийся захватить каждую из целей по отдельности, был сплошь занят роем индикаторных иконок. Наемник сделал два выстрела по дронам, но правильно определить дальность до цели с помощью такого рига было невозможно. Раздосадованный и обозленный, он снова снял шлем.
Над головой его пронеслись еще три дрона, один из которых выпустил ракету по машине Фрейзера, стоявшей в начале переулка. Детектив среагировал вовремя и бросился бежать от нее, но взорвавшийся автомобиль, кувыркаясь, полетел ему вдогонку. Однако не это сейчас завладело вниманием Хаугена – он пристально смотрел на небо.
Затем он снова спешно нацепил свой риг. Над головой сновали взад-вперед десятки дронов, и оставшийся в живых охранник неистово палил по ним; но, когда он убрал визор, дронов осталось всего три – они двигались зигзагами, и отраженный свет уличных фонарей блестел на их полированных днищах.