Фрейзер поднял брови:
– Это как инъекция героина. – Он покачал головой. – Вы еще слишком молоды. В мои годы героин был самым популярным наркотиком в Ист-Энде – из тех, что можно было нюхать, по крайней мере. Система ограничивает эмоциональную обратную связь; это означает, что если в СПЕЙСе я ткну вас в глаз, вы это почувствуете, вам будет больно. Но не так больно, как если бы я сделал то же в Реальности. В паксе – эмоциональном пакете – обратная связь лимитирована, и все, что вы можете испытать, это просто неприятные ощущения. – Он выдержал долгую паузу, пока Тео не подал знак, что все понял. – А теперь, если я скормлю вам сырой, нефильтрованный пакс какого-нибудь несчастного, например, умирающего от потери крови…
– Будет неприятно, но это все равно не убьет меня.
– В том-то и дело, Тео, что убьет. Это ведь нефильтрованный пакс, не забыл? Хакнутый. Он обходит Систему. В конце концов, оружие у полицейских в СПЕЙСе, – он вытащил автоматический пистолет из наплечной кобуры, спрятанной под его курткой, и с глухим стуком положил его на стол, – такое же летальное, как и здесь.
Взгляд Тео заскользил по серой стальной поверхности настоящего пистолета. Он никогда в жизни такого не видел. Пистолет выглядел намного более тяжелым, чем он себе представлял.
– Это возможно благодаря лазейке для обратной связи в архитектуре эмоций.
– Так перекройте эту лазейку.
Фрейзер рассмеялся.
– В этом как раз и заключается вся сложность. Мы не можем этого сделать из-за синтетических форм жизни. Ну кто мог предположить, что это станет проблемой? Против этого ополчились слифы, которые противятся перекрытию любых лазеек и устранению глюков, потому что это может изменять их экосистему. Любое изменение способно оказать на них разрушительное действие. Представьте себе: мы устраняем одну крошечную программную ошибку, и это приводит к геноциду всей виртуальной жизни. Тот же эмоциональный канал, который дает им жизнь, используется этими преступниками, чтобы вбрасывать в СПЕЙС сырой эмоциональный контент.
Острая боль пронзила череп Тео, и он, перехватив дыхание, прижал два пальца к вискам. После чего поймал на себе встревоженный взгляд сержанта.
– Иммерсионная мигрень, – тихо пояснил Тео. – Если бы у вас нашелся парацетамол или…
– Простите, но мы не можем предложить вам никаких лекарств, – заявил сержант Джонс, закатив глаза. – У меня такое было. И я выяснил, что лучше всего это лечится сном. Здоровый и безопасный способ.
Тео сделал еще один глубокий вдох, чувствуя, как в его конечности просачивается груз усталости. Слушать чьи-то поучения желания не было – он просто хотел поскорее попасть домой, в свою постель.
– Мне бы и самому этого очень хотелось. – Он взглянул на Фрейзера. – Итак, все это, конечно, звучит захватывающе, но при чем тут моя мать?
Фрейзер поднял руку, останавливая его:
– Я как раз к этому подхожу. Мы сейчас сталкиваемся с тем, что разные организованные банды устраивают так называемые притоны. Обычно это происходит в каких-то больших комнатах, полуподвальных помещениях, на старых складах – короче, в таких вот местах. Они хватают разных несчастных с улицы и с помощью наркотиков вводят их в состояние заторможенности, где люди зависают в промежуточном между Реальностью и СПЕЙСом мире. А потом их заставляют переживать разный опыт, и те при этом не способны сопротивляться или контролировать ситуацию. Но их проводят через всевозможные физические и эмоциональные пертурбации, а данные об их физическом, ментальном и эмоциональном состоянии уплотняются и помещаются в сырой пакс, – он показал пальцем на потолок, – чтобы те, кто испытает это в СПЕЙСе, могли сделать это без каких-либо ограничений.
Он сделал паузу, чтобы смысл сказанного лучше дошел до Тео, после чего подался за столом вперед и продолжил, понизив голос:
– Иногда они похищают людей, просто чтобы удовлетворить нездоровое табу богатого заказчика. Как насчет того, чтобы помучить какого-то бездомного парня на заброшенном складе где-нибудь в Ист-Энде, а потом записать все это в пакс? После чего вы просто подсовываете этот пакс в риг своему врагу. – Он постучал пальцем по виску. – Для этого жертва даже не должна находиться в СПЕЙСе, достаточно лишь ДР, но она пройдет через точно такие же муки, испытает каждый момент той боли до крайней точки, пока не захрипит. И тогда мы обнаруживаем в реальности труп без видимых следов пыток. Нравится нам это или не нравится, но рынок таких убийственных видео растет. А вам никогда не хотелось узнать, каково это – умереть?