Глава пятнадцатая
Сопровождавший загрузку в СПЕЙС сигнал хорошего настроения мягко коснулся мозга Тео, и он улыбнулся. По иронии судьбы, это были его самые приятные ощущения за последние два дня. Взгляд его наконец сфокусировался на очертаниях Ню-Лондона на фоне ночного неба, и он ощутил дрожь волнения, поняв, что оказался в незнакомом месте. Он находился за парком, где еще никогда не был, примерно в четверти мили от города. Поскольку каждое путешествие в СПЕЙСе всегда переносило его в район центра, у него просто не было повода обследовать окрестности. Он, безусловно, являлся заложником своих привычек, и ему было досадно сознавать, что, очутившись в каких-то сотнях ярдов дальше, он почувствовал себя совершенно потерянным. Тут его грубо толкнули в спину.
– Тео! – рявкнул знакомый голос друга. – Чего застрял? – Откуда-то сзади вышел аватар Бакстера в сопровождении аватара Клемми. Бакстер нетерпеливо показал в сторону парка. – Так мы идем или как?
Тропинка вилась среди невысоких холмов, от деревьев исходило их обычное мерцающее голубоватое свечение, разгонявшее темноту вокруг. Людей было мало, и большинство из них перенеслось сюда намного раньше; заведения в основном уже закрылись, так что окраины остались в полном распоряжении местных слифов. Исчезли даже привычные аэроскейтеры. Все вместе это только добавляло правдоподобности зловещему предостережению Бакстера.
– Нам сюда.
Тео повел их через парк к тому месту, где, как ему казалось, он всегда появлялся в СПЕЙСе, однако все здесь выглядело незнакомым. Когда он поднимался на вершину невысокого холма, от его ног по траве разбегалась рябь смоделированной биолюминесценции.
Глухо грохотал круживший над парком рекламный билборд в форме аэростата, на котором крутили непрерывную цепочку повторяющихся рекламных роликов. Направленность этих роликов была разной, так что Клемми и Бакстер сейчас видели разную рекламу. Интересно, подумал Тео, какого черта ему сейчас демонстрируют рекламу беговых кроссовок? Неужели виртуальный мир так подшучивает над ним?
– Разве это не то место? – спросила Клемми, разглядывая смутно знакомый луг перед ними.
Тео вгляделся в очертания горизонта, потом сделал несколько шагов влево, и контур деревьев совпал с картинкой из его памяти.
– Думаю, это примерно здесь.
Он посмотрел себе под ноги и несколько раз для пробы ткнул носком ботинка в мягкую, как губка, мерцающую траву: в стороны волнами разбежалась неоновая рябь, которая быстро погасла.
Он присел на корточки и стал рвать траву. Она выдергивалась из земли большими светящимися клубками, которые рассыпались в его руках на пиксели. Но затем практически сразу же дерн, который он только что вырвал, восстанавливался.
– Это невозможно! – громко воскликнул он.
– Подозреваю, что именно поэтому тут нет табличек, запрещающих вытаптывать траву, – задумчиво заявил Бакстер.
Тео охватило щемящее чувство беспомощности.
– Она не могла здесь ничего закопать! Это пустая трата времени!
Тем не менее он продолжал лихорадочно рвать траву, пока вокруг него не образовалась целая лужа мерцающего голубого света.
– Могу я вам чем-нибудь помочь?
Все удивленно оглянулись и увидели на тропе в нескольких ярдах от себя грациозного слифа. Он выгуливал на поводке странное шестиногое создание – помесь волка с ленивцем. Необычный домашний питомец, неизменный атрибут благосостояния у слифов, – при виде него у Милтона точно голова пошла бы кругом от зависти, – предостерегающе зарычал в сторону людей.
Тео всего несколько раз в жизни оказывался в такой близости от настоящего слифа; за короткое время его пребывания в СПЕЙСе их пути редко пересекались, да и необходимости в этом не было. Поэтому он не мог оторвать взгляда от этой странной головы с конусообразным черепом. Черные глаза с горизонтальным разрезом – плод используемой по умолчанию тактики создания виртуальных персонажей, направленной на то, чтобы не пугать людей столкновениями со сверхъестественными существами, – смотрели на него не мигая. Тонкая шея была вдвое длиннее человеческой, а худые, как палки, руки на обезьяньем торсе заканчивались тремя пальцами-щупальцами. Ноги этого существа, такие же тощие, оканчивались ступнями с двумя длинными расходящимися пальцами, чем-то напоминающими раздвоенное копыто, и мощной плотной пяткой для поддержания равновесия. Одежды на нем не было, гениталии отсутствовали, хотя по голосу можно было заключить, что перед ними мужчина.