Блондин спрятался за дверцу своего внедорожника, когда нижние шесть этажей лесов на дальнем их краю начали рушиться, как карточный домик, блокируя обломками всю улицу.
Не в состоянии даже кричать от ужаса, Бакстер застыл в ступоре, глядя, как волна обрушений, секция за секцией, медленно, но неумолимо движется в его сторону.
В последний момент он закрыл глаза, прощаясь с жизнью.
Но секунды шли за секундами, и шум начал стихать.
Когда он снова открыл глаза, то хрипло расхохотался, не веря, что такое возможно. Волна рушащихся лесов остановилась в каком-то футе от его лестницы, которая для надежности была отдельно прикреплена болтами непосредственно к стене здания. А верхние три яруса лесов держались сейчас лишь на хрупком скелете из редких уцелевших опор.
Однако облегчение Бакстера было недолгим, поскольку оставшиеся ярусы все равно неизбежно сорвались; свалившись, как срубленное дерево, вся конструкция упала на крышу противоположного здания, где и застряла. Бакстер почувствовал, что лестница, удерживавшая его самого, Милтона, Клемми и Тео, содрогнулась – крепившие ее болты не выдержали, и она медленно, как отклеившийся стикер, тоже отделилась от стены.
Все они отчаянно вцепились в перекладины, пока лестница падала; в итоге она, в последний раз содрогнувшись от удара, повисла над улицей под нелепым углом градусов в тридцать.
Бакстер, находившийся примерно посередине, оказался на нижней ее стороне.
Цепляясь за ступеньки руками и левой ногой, он попытался перебросить правую ногу на верхнюю часть опасно гнущейся лестницы. Быстрый взгляд на друзей подсказал ему, что они находятся в таком же затруднительном положении и стараются медленно переползти на безопасную сторону. От этих совместных усилий лестница пугающе подрагивала.
Надежно зацепившись правой ногой, Бакстер отпустил правую руку и медленно переместил ее в новое положение, удерживая свой вес другой рукой. Затем он резким рывком перебросил тело на безопасную верхнюю сторону лестницы. Металлическая конструкция угрожающе заскрипела, но теперь у него была возможность хотя бы немного перевести дыхание. Ненадолго, впрочем.
По улице прокатилось эхо выстрела.
Из-за темноты и пыли, поднятой рухнувшими лесами, им не было видно, что происходит внизу, но Бакстер успел заметить вспышку выстрела со стороны уцелевшей «Ауди». Пуля звякнула о металл неподалеку, подхлестнув Тео, Милтона и Клемми к решительным действиям. Теперь они дружно продолжили подъем, уже не обращая внимания на раскачивания лестницы под ними.
Все переживания, связанные со страхом высоты, разом испарились, и Бакстер с удвоенной энергией последовал за ними. Прозвучали еще четыре выстрела, три из которых попали в металлические опоры. Пыль внизу рассеялась уже достаточно, чтобы им стало видно, что Блондин карабкается по обломкам лесов, выбирая более удобную позицию для стрельбы.
Тео первым добрался до крыши и протянул руку Милтону, чтобы вытащить туда и его. Последовали еще два выстрела, оба из которых попали в окно офиса между Клемми и Бакстером. Клемми даже не оглянулась, а в следующий миг руки друзей уже втянули ее на крышу.
В крови Бакстера бурлил адреналин, и это гнало его к заветному краю крыши. Тео и Клемми пытались дотянуться до него, чтобы помочь на последних шагах этого пути, но четыре новых выстрела заставили их спрятаться за кромкой. Бакстер почувствовал, как что-то хлестнуло его по ноге, но сосредоточился на том, чтобы все-таки выползти на покрытую дерном крышу здания.
Его пальцы лихорадочно ощупывали ногу, но, не обнаружив там крови, он решился взглянуть на нее. Пуля пробила ему джинсы с внутренней стороны бедра, даже не коснувшись кожи. Он тихо выругался. Сидевшая на траве Клемми громко и нервно рассмеялась – вероятно, вследствие стресса.
– И что тут такого смешного?
– Тебе едва не отстрелили яйца! – задыхаясь от неудержимого хохота, выдавила она; по щекам ее текли слезы.
Бакстер напрягся, совершенно не разделяя ее веселья.
– Это совсем не смешно.
Она похлопала себя ладонью по груди.
– Прости, – сказала она и в паузах между судорожными вдохами добавила: – Думаю, у меня просто истерика.
Тео и Милтон вернулись на край здания, пытаясь сбросить лежавшую там лестницу, но отпрянули назад, когда пули ударили в кладку чуть ниже. Тео лег на крышу, чтобы его не было видно снизу, и принялся бить ногой по верхушке лестницы, которая снова угрожающе заскрипела.
Милтон присоединился к нему, и вскоре их усилия были вознаграждены: лестница поддалась и с грохотом рухнула на тротуар. Никто почему-то не захотел выглядывать вниз, чтобы выяснить, не убила ли она их преследователей.