Гермиона спускалась по лестнице, и Тео застыл. Он никогда не сможет привыкнуть к тому, как она просто обезоруживала его одним своим видом. А если вспомнить, что он вчера делал с ней… Нет, только не сейчас.
— Пойдем? — она взяла его за руку и мягко улыбнулась.
Он кивнул и взял ее сумку, невольно морщась от ее тяжести. Кинув на мешок с книгами заклинание невесомости, он со смехом обратился к Гермионе:
— Твои книги для легкого чтения всегда с тобой? — он похлопал по ее сумке, и она зарделась, сжимая его ладонь.
— Привычка, знаешь, — она затихла, будто обдумывая, что сказать ему дальше, — людям обычно не очень интересно общаться со мной, поэтому у меня с собой много книг, чтобы я могла почитать, пока жду начало урока…
— Тогда тебе больше не нужно их брать с собой, — он знал, что Гермиона не общительная, но чтобы настолько, — я думал Поттер постоянно тебе что-то рассказывает. Разве нет? Я как не посмотрю на вас, вы шушукаетесь.
Она дернулась, закусив губу.
— О, это только в последнее время, обычно он занят квиддичем и рассказывает чаще всего только о нем, не самая интересная мне тема, — она улыбнулась. — Просто недавно мы нашли кабинет Салазара Слизерина в Тайной комнате и теперь ведем опись книг для библиотеки, — сморщила свой идеальный нос, будто вспоминая, сколько же работы ей предстоит, — и еще я помогаю Гарри с расшифровкой личных записей Слизерина, они написаны на парселтанге, это змеиный язык, и только Гарри понимает его, а это англосаксонский и там все ужасно запутано. Самое ужасное, что я не могу их просмотреть, а Гарри не силен в языке, на котором уже давно никто не говорит. Плюс — мы ищем покупателей, чтобы продать части мертвой туши василиска, поэтому да, в последнее время мы слишком часто общаемся.
Тео рассмеялся, думая, какая же богатая фантазия у Гермионы. Ей бы книги начать писать. Он обратил внимание, что гриффиндорка не до конца залечила свою шею и под волосами прослеживалась цепочка красных синячков, уходящая под воротник. Выглядело это очень горячо, что он на секунду отвлекся от того, что хотел сказать.
— Ну ты умеешь веселить, Грейнджер, я поражен, — но она внимательно на него посмотрела и покачала головой.
— Все, что я сказала — правда. Кстати, у твоего отца не найдется парочка покупателей на шкуру василиска?
Тео застыл на месте, расширив глаза в шоке и приоткрыв рот.
— Хочешь сказать, что вся эта легенда настоящая? Про василиска, палаты и то, что ты окаменела на втором курсе из-за огромной змеи? — она кивнула. — Мне надо выпить. Срочно.
Они дошли до Большого зала и поглощенные разговором совсем не обратили внимания, как на преподавательский стол смотрят ученики. Гермиона с улыбкой наблюдала за ошарашенным Ноттом — это было действительно смешно, как он разинул рот от шока и тихо матерился себе под нос, шепча что-то о ненормальных гриффиндорцах и их опасных приключениях.
Сев за стол Гриффиндора, Тео положил на тарелку две булочки с корицей, ломтики бекона, свежий сыр и стал намазывать тост маслом и малиновым джемом.
Гермиона подумала, что он сам все это будет есть, поэтому непонимающе нахмурилась, когда он поставил тарелку перед ней.
— Ты должна больше есть, ты сильно похудела, — он налил кофе в чашку и добавил сливки, — наверное, это от нервов. Я их знатно тебе потрепал.
Гермиону никогда раньше не заставляли есть, и да, у нее были проблемы с приемами пищи всегда, но в этом году особенно. Поттер и Уизли обычно просто говорили, что зря она пропускает ужины и обеды, но никогда не следили за тем, сколько она ест и когда.
У нее появился аппетит только недавно из-за никотина Нотта, который она приняла за голод. Но браслета теперь нет и голода тоже. Но сегодня ей действительно хотелось позавтракать, учитывая, сколько энергии было потрачено ночью.
— Я всегда мало ела, — она откусила кусочек тоста, — мои родители тоже худые, наверное, это семейное, — девушка сразу сникла, когда заговорила о них — Нотт заметил, но не успел ничего сказать, потому что к ним подлетела большая рыжая сова и кинула письмо с гербом Грейнджер на коленки. — О, это по поводу браслета из Гринготтса.
Она развернула письмо, где ее приглашали посетить банк для оценки артефакта сегодня в три часа после полудня. Вспоминая расписание, Гермиона поняла, что как раз будет свободна.
— Я пойду с тобой, — сказал Нотт, читая письмо, но его прервала вторая сова, на что Гермиона очень сильно покраснела.
— Это от Адриана, — она распечатала письмо и пояснила дрожащим голосом, будто стесняясь, — он разбирается в рунах, и я хотела попросить у него помощи в поиске адвоката.
А это Нотта очень заинтересовало. Что за друг такой нарисовался, о котором он ничего никогда не слышал.
— Кто такой Адриан? Твой друг?
Гермиона нахмурилась, сделав глоток кофе.
— Просто знакомый, он случайно столкнулся со мной в Министерстве летом.
— Прям-таки случайность, — фыркнул Тео, — ты такая наивная, малышка, — он завел непослушную прядь ей за ухо. — Признавайся, он водил тебя на свидание?
— Ну, — Гермиона покраснела еще сильнее из-за его мягкого прикосновения, — он угостил меня кофе, иногда пишет мне, и все. Ничего больше. Он слишком взрослый, ему вряд ли интересна такая девчонка, как я.
Тео улыбнулся и кивнул — его не удовлетворил такой ответ полностью, но немного успокоил.
— Ешь, приятного аппетита, — и хлебнул кофе из ее чашки.
Какой-то непонятный Адриан случайно столкнувшийся с ней летом? Да скорее Нотт поверит, что стадо гиппогрифов случайно прошлось по Министерству, чем это. Врезался в Героиню войны, красивую молодую девушку случайно? Ну-ну да. Нотт фыркнул, но она не заметила, медленно поедая завтрак.
Она была такой худой, что Тео даже стало страшно за ее здоровье. Вполне возможно, что от недоедания она могла начать терять сознание и воспринимать информацию более… резко. Он поморщился, вспоминая, как она отреагировала на браслет и его свойства. У нее наблюдались все признаки психологического истощения. Сегодня он лично сопроводит ее в Гринготтс и докажет, что этот артефакт никак не мог влиять на ее разум, подобно крестражу, которого она так панически боялась.
А вечером у них должен случиться очень долгий разговор о том, что будет дальше. Тео закусил губу, вспоминая, как она течет, когда подчиняется ему, а ее тихое «сэр», Мерлин, — это было приятно, но будет лучше, если она будет говорить все же его имя, пусть привыкает и напрочь забудет о фамилии.
Чтобы только его имя всегда ассоциировалось с тем, чем они занимаются в закрытых комнатах. Чтобы только от одного «Тео», произнесенного ее губами, Гермиона вспоминала, что он делал с ней.
Он с удовольствием обнаружил, что она съела весь завтрак, и теперь ждала, пока Нотт что-то ей скажет, не прерывая его размышления. Грейнджер просто смотрела на него и молчала, будто не могла отвести взгляд.
— Больше ничего не хочешь съесть? — Тео оглядел стол, выискивая что-то еще, что можно было ей предложить.
— Нет, я сыта, даже слишком, — Гермиона посмотрела на свой все еще плоский живот. — Я сейчас лопну.
— О, это вряд ли, — усмехнулся Тео, вставая и подавая ей руку, — а теперь расскажи-ка поподробнее о туше василиска, возможно, я смогу помогать с продажей. За процент, — он подмигнул ей и повел на выход, не слыша, как его зовут со стороны стола Слизерина, точнее, делая вид, что не слышит.
Они неторопливо дошли до кабинета Защиты от темных искусств, игнорируя других учеников, и Гермиона поняла, что у нее ни разу не возникло мысли достать книгу и погрузиться в отвлекающее от мира чтение. Тео не спеша шел рядом, периодически задавая ей странные вопросы, по типу: какой ее любимый писатель среди маглов, — Достоевский; чем обычно она занималась на каникулах, — читала книги и отдыхала во Франции с родителями; где покупала палатку, в которой они жили в лесу, — подарок ей от мистера Уизли, на самом деле это была палатка его коллеги мистера Перкинса, его замучила подагра и ему она стала не нужна; что они обычно ели, — на этом моменте он усмехнулся, когда Гермиона рассказала, что крала яйца с молоком и оставляла деньги фермерам.