Это было приятно.
Слишком приятно.
Когда они расставались, он попросил писать ему, но знал, что этого будет мало.
Ничтожно мало.
Поэтому, когда Шекллбот обронил в разговоре, что Хогвартсу снова требуется преподаватель защиты от темных искусств, Фоули сразу же оставил свой пост, скидывая большую часть работы на своего заместителя и тотчас отправил Макгонагалл сову, с просьбой преподавать. Минерва была в восторге. Конечно же, она помнила блестящего Карлайла Фоули, милого, но серьезного пуффендуйца, старосту школы и человека, который так храбро сражался на стороне света.
Вот только ему нужно было решить некоторые проблемы для «Чистильщиков», поэтому он попросил у директрисы отсрочку в полторы недели с начала занятий. Старушка лишь махнула рукой и согласилась, ведь никто больше не изъявил желание попасть на этот проклятый пост…
Фоули в проклятия не верил, только в судьбу. Ему нравились игры разума и загадки. Шляпа настаивала на Когтевране, но он упорно выбрал Пуффендуй, потому что всегда был верен всему, чем бы не увлекался. А Гермиона Грейнджер явно его привлекала.
Даже не так. Она влекла его, как труп влечет к себе мух, чтобы отложить в него своих личинок. Он бы наслаждался ею, боготворил ее, если бы только она позволила.
От лица Адриана Смита он вел с ней занятную переписку, которая никогда не касалась личных тем. Только знания и магический потенциал, которыми они друг с другом делились. Фоули наслаждался чтением ее писем за бокалом игристого по вечерам, все его лето прошло в приятной неге: он убивал ублюдков, а потом писал своей девочке о новой теории в рунических символах или спорном ингредиенте для зелья, с жадностью поглощая ее ответы.
Они виделись всего четыре раза за все лето, но это были лучшие дни в его жизни. Гермиона никогда не смотрела на него, как на мужчину, и ему нравилось, что эта внешность не оставила следов романтики на ее сердце. Было бы трудно избавиться в прямом смысле от самого себя позже, если бы она влюбилась в Адриана Смита.
И все шло просто идеально. Первый их урок он ждал с какой-то сладостью на языке, он хотел заинтересовать ее своими знаниями и силой только теперь будучи ее профессором. Гермиона уважала бы его, узнала лучше и потом сдалась бы под натиском его ухаживаний.
Но все оказалось не столь радужно, как он себе вообразил. Стоило ей поднять голову, когда он ее позвал, как Карлайл сразу увидел темные пятна от чужих губ на ее шее. Довольный Нотт сидел сзади нее и пристально всматривался в чужие длинные локоны.
Этот сученыш все же добрался до нее.
Фоули так разозлился, что не мог контролировать свой язык, полностью руша первое важное впечатление о себе, как о профессоре. Он смотрел в ее горящие глаза во время дуэли, и не мог представить свою жизнь без этого взгляда. Он был влюблен. Уже давно, и это тяготило его разум, омрачая его мыслями о том, как сделать ее своей.
Когда она проговорилась о Гринготтсе, он сразу решил направиться туда же, предварительно выпив оборотное, в то же время, чтобы не пропустить ее уход. Сначала он ходил кругами около входа, а затем, встретив знакомого информатора, долго обсуждал с ним дело, которое намечалось в следующем месяце. По итогу решив все же войти внутрь и, конечно же, сразу встретил Гермиону… с Ноттом.
То, что тот под арестом, но все равно посмел покинуть школу, разозлило и без того бешеного Фоули. Поэтому он, не думая о последствиях, обмакнул пальцы в одном очень сильнодействующем зелье возбуждения. Он часто использовал его на женщинах, чтобы расположить к себе, но явно переборщил. Оно долго держалось на коже и при соприкосновении со слизистой, тут же заставляло искать отдушину в теле человека, который находился ближе всего. А ей стоило после ужина сразу направляться в его кабинет, этих десяти минут действия хватило бы, чтобы девушка дошло до него и все… он бы с радостью помог ей справиться с ее проблемой, подтерев ей воспоминания совсем чуть-чуть.
Он возьмет ее, сегодня. Она даже не догадывалась, что он заметил, как она, порой забываясь, облизывала с пальцев крошки после еды. Но он не рассчитал того, что она позовёт с собой проклятого всеми Малфоя.
Но и это послужило лишь толчком к сближению. Она раскрылась ему, он раскрылся ей, и когда она спросила про невесту… он вспомнил Панси Паркинсон и ее идиота-отца, который чуть ли не все свое состояние хотел ему отдать, лишь бы Карлайл женился на его прекрасной дочурке. Фоули согласился, но с возможностью отказа, если он передумает, что играло ему на руку. Он всегда мог использовать свою помолвку, как знак того, что другие ученицы ему совсем не интересны.
Гермиона была чудной девушкой, она вела себя с ним очень сдержанно, но все равно веселье проступало в ее словах и языке тела. Она доверяла ему, чем он нагло пользовался, приглашая ее на чаепитие и разговоры о магии. Единственной трудностью было сдержаться от прикосновений к ней.
Она манила.
Но он узнал об их отношениях с Ноттом и весь мир его окрасился кровью.
Он знал, что чистая душа Гермионы взбунтуется, если она узнает о количестве убийств Нотта, поэтому решил использовать «счетчик», чтобы поселить смуту в их отношениях. Каково будет ей, когда она узнает количество убитых им людей?
И это сработало. Даже лучше, чем он мог себе представить. Раздражали лишь другие ученики, которые пытались обратить ее внимание на себя, но, к счастью, абсолютно безуспешно.
Карлайл следил за ее почтой, и каково было его удивление, что она переписывалась с новой целью «чистильщиков».
Подговорить Эфиаса, за которым он вел слежку и собирал информацию о нем с помощью его дружбы с околдованной старой ведьмой, которая была его условной наставницей, насчет приглашения для Гермионы, не составило труда. И он, правда, просто хотел провести с ней время, но эти разговоры…
Просто возьми то, что хочешь.
Слюбится, стерпится…
Он не выдержал.
Комментарий к Спин-офф о верности, слабости и желании
Фоули в естественной среде обитания: https://vt.tiktok.com/ZSd4DYgxy/?k=1
Ребята, вы делаете что-то невозможное, пхах, я не думала, что вы настолько быстро захотите продолжение истории, так что для меня это реальный шок. Я чуть-чуть поднимаю ставки, потому что я даже не вижу из-за ИРЛ, что глава выкладывается 😭 Вы делаете это слишком быстро, поэтому чуть-чуть повышу, чтобы хотя бы успевать проверять 😀
И да, я даже не успела подобрать подборку с мемами за исключением этого 🥺
========== Глава 29. Огонь ==========
Комментарий к Глава 29. Огонь
Я решила сделать вам подарок :) Без ждунов, а просто за то, что вы есть. Спасибо вам всем.
Во снах, больше не вижу твоих глаз.
Не пытаюсь вспомнить их, ведь в них лишь пустота сейчас.
Гермиона не слышала абсолютно ничего, будто на ней были надеты наушники, что не позволяли ей различать крики визжащих мандрагор, находясь в теплице любимого Хогвартса. Она почувствовала, что может пошевелить пальцем.
Двумя.
Всей кистью.
Да.
Давай. Ну!
Теперь нужно было поднять руку и дотронуться до лица, до глаз. Потрогать их, чтобы ощутить, что все реально, а не просто неприятный сон. Почувствовать, что она — точно она, Гермиона Джин Грейнджер, потому что ощущение дереализации плотно осело на подкорке сознания, будто бы уже не ее собственного.
Она натолкнулась подушечками обжигающе-холодных пальцев на собственные сомкнутые веки с налетом косметики и сделала еще одно — давай же! — усилие над собой. Открыть глаза. Открывай! К счастью, веки разомкнулись почти без труда, и ее ничего не ослепило.
Света не было; темная гостиная встретила ее тьмой, не освещенная свечами. Чужая. Это не ее башня старост, и Нотт не выйдет покурить к открытому окну, проснувшись.
Это… Эфиас, Адриан, день рождения и серые глаза Фоули в конце — она их не спутает ни с чьими другими. Она так испугалась, когда он начал меняться на ее глазах, словно завидела дементора. Неужели он убил Адриана? Годрик… что же делать… сердце билось как ненормальное, ладони вспотели, Гермиона поняла, что в носу защипало и поспешно сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.