- Если не хочешь… не отвечай. Но ты же хочешь, я уверен, – улыбнулся он.
- Я в стрессе.
- Ерунда. Я знаю лекарство от всех стрессов – это секс.
Он удобно расположился на диване и продолжил на меня смотреть. Я не собиралась к нему присоединяться, тогда он похлопал по своей коленке, будто приглашая меня подойти ближе.
- Я же не собака... – ответила я и отвернулась к окну.
Он медленно поднялся и подошел ко мне сзади, прижимаясь губами к горячей шее.
- Я подумал, что у нас есть одно незавершенное дело.
Я закрыла глаза, позволяя алкоголю взять контроль над здравым смыслом.
- Как ты можешь быть таким спокойным?
- А как иначе? Когда надо быть напряженным и сосредоточенным – я такой. А когда есть возможность расслабиться – я расслабляюсь. Разве ты поступаешь не так? – он продолжал целовать мою шею, проскальзывая ладонями по разгоряченному телу. – О, я вижу, что ты просто закрученный комок нервов. Закрой глаза, расслабься. Вокруг нет ничего, что может тебе сейчас навредить.
Иванов развернул меня к себе лицом и впился в мои губы страстным поцелуем. Тем самым, который я сполна ощутила, когда мы стояли под дождем. Он оторвался, чтобы скинуть с себя футболку, и я снова, невольно восхитившись его телосложением, начала возбуждаться.
Он медленно наступал, оттесняя меня к широкому подоконнику. И, когда я уперлась спиной, посадил меня на него, нагло раздвигая мои бедра в стороны. Страстные поцелуи казались бесконечными. Возможно, он прав в том, что мне надо расслабиться и отдаться ему. Почему бы и нет. Ведь никто не знает, что может произойти завтра и даже сегодня… или через час… пять минут.
Я запрокинула голову, опираясь затылком на стекло, Пашка не думал отстраняться, продолжая ласкать мою грудь настойчивыми руками.
- Кх, кх, – обратила на себя внимание Ириска, опираясь на дверной косяк плечом. – Готово все. Забирай и уматывай.
- Серьезно? – удивился Пашка, медленно переводя на нее взгляд. – Дэн делал паспорта часа два.
- Потому что он больше любит в кодах ковыряться, чем кропотливую аккуратную работу. Где он, кстати? Нет, не хочу знать. Забирай и проваливай, пока малой не проснулся.
Ириска протянула рюкзак и паспорта.
- Ты просто сама гостеприимность, дорогая, – улыбнулся Пашка.
- Так, ты забыл навсегда дорогу к моему дому? – серьезно спросила она в коридоре, провожая нас.
- Ириска, у меня нет открывашки.
- Да, сука! – в гневе выругалась она и скрылась в соседней комнате.
Иванов в голос рассмеялся, но сразу замолчал, поглядывая на второй этаж, где спит сын Ириски.
- Ты сполна выполнила долг. Расписка нужна? – шутил довольный Пашка, когда Ириска отдала ему точно такой же небольшой планшет, который изъяла охрана Томы.
- Нет, Иванов. Буду думать, что ты держишь свое слово.
- Поесть хоть положила?
- Пара бутеров. Я же мисс гостеприимство. Всего хорошего.
Ириска захлопнула дверь и довольный Иванов направился вниз по дороге.
- Что тормозим? – оглянувшись, спросил он, доставая один из бутербродов и протягивая мне.
Я последовала за Пашкой. До границы с Абхазией надо еще добраться.
По привычной схеме, мы выбрали неприметную машину – она будет нашей на несколько часов, потом мы снова поменяем ее.
В этот раз поездка оказалась более приятной – здесь работал климат-контроль.
- Ириска больше не рада тебе.
- Нет, – равнодушно ответил Иванов. – Страшный сон бывшего агента: открыть дверь и увидеть за ней свое прошлое.
- Понятно. Ты - явно не самое приятное прошлое.
- Ага.
Мы выбрали одну из неприметных машин. Иванов гнал на бешенной скорости. Несколько раз я даже ругалась на него, но это возымело эффект совсем ненадолго.
- Ты псих! Решил угробить нас? Андрей еще страховку за меня получит.
Пашка усмехнулся и мельком взглянул на меня.
- Может, мне нравится, как на ветру развиваются твои волосы?
Я перевела на него уставший взгляд и закатила глаза. Какой он все-таки придурок. Угораздило же связаться с ним.
Я отвернулась к окну, размышляя, как там сейчас Дэн. Жив ли он вообще? В моей памяти еще долго будет возникать его безнадежный взгляд, когда он умолял спасти его и не оставлять у Томилина, но у нас не было выбора. Я замешкалась, но Пашка точно знал, что есть всего лишь один выход – спасаться самим.
Ненавижу себя за это. Дэн стал мне, как брат за эти дни.
- Я скучаю по Дэну.
Иванов молчал, будто ничего не слышал. Думаю, он ощущает вину в полной мере, но никогда не признается.