Интересно, как бы я отреагировала, узнав о том, что Виталик сидит на сайтах знакомств, если бы сама в этот вечер не целовалась с Димкой? Наверняка бы орала, истерила, била посуду и собирала вещи муженька. А потом долго пила вино на кухне, заливая слезами новенький обеденный стол. Для меня всегда измена была самым страшным кошмаром. Но, оказалось, в жизни все не так жутко — и когда изменяют тебе, и когда изменяешь ты. Впрочем, можно ли считать поцелуи с Димкой изменой? Это ведь все-таки не постель…
С Димкой же все было как-то … непонятно. Нет, мы тепло общались и обменивались смс-ками, желая друг другу доброго утра и приятных снов. Но с тех пор — а со дня нашей с ним последней встречи прошло уже больше недели — мы так ни разу и не виделись. Он никуда не звал, ну а я, птица гордая, тоже не проявляла инициативы. Это ж он меня киданул тогда на последнем звонке, вот пусть теперь и добивается.
Вечером в субботу, когда я сидела дома с ноутбуком на коленках и выбирала, какой фильм посмотреть, вдруг позвонила мама.
— Доченька, как дела? Что-то ты давно не звонила?
— Привет, мамуль. Извини, совсем закрутилась. Дашкина школа, уроки, танцы… Кручусь как белка в колесе.
— Знаю, милая, знаю, — ласково сказала мама.
— А как дела у вас? Как папа?
— Все хорошо. Умотал в поход на целые выходные вместе с дядей Сережей.
— Спортсмееен, — протянула я, улыбаясь.
— Еще какой. А как вы? Как Дашутка, Виталик?
— Да все нормально. Идет свои чередом.
— Что-то мне не нравится твой голос, — вмиг встревожилась родительница. Она, в отличие от всех вокруг, обладала какой-то удивительной способностью с точностью сканировать мое настроение. Всегда чувствовала, когда у меня что-то не так. Наверное, это тот самый пресловутый материнский инстинкт, но я почему-то ничего такого по отношению к Дашке не ощущала. Впрочем, может быть, она еще слишком маленькая и эта связь появится, как только дочка немного подрастет?
— Да нет, мам, не переживай. Все правда хорошо. Я просто немного устала.
— Ну смотри… — протянула мама с подозрением. И я поняла, что, если не расскажу ей, меня разорвет. Оглядевшись и убедившись, что в комнате кроме меня никого нет, я нырнула на балкон и поплотнее закрыла за собой дверь.
— Мам, Виталик сидит на сайтах знакомств.
— Ну дела, — удивилась родительница. — А ты точно в этом уверена? Может, на него кто-то наговаривает?
— Уверена. Сама видела его страницу.
— И что там?
— Не читала. Духу не хватило. А еще… — я глубоко вздохнула и медленно выдохнула в трубку. — Еще я тут встретилась с парнем, с которым мы вместе с школе учились. И, кажется, у нас что-то намечается.
— Дочь, ты это серьезно?
— Более чем.
— И кто он? Я его знаю?
— Не думаю, мам, он учился в параллели. Его зовут Дима. Дима Колесников.
— Колесников, говоришь? Кажется, я помню его маму. Она продавала цветы в павильончике около рынка. Такая высокая и очень красивая женщина. Кажется, она растила сына одна.
— Да, но в 10 классе у него появился отчим.
— А как… Откуда… Как это вообще у вас все началось?
— Мам, мне не очень удобно сейчас говорить на эту тему… Дашка дома, да и Виталик должен скоро вернуться домой.
— Совсем запуталась, да, дочура? — расстроенно произнесла мама.
— И не говори.
— Не хочу лезть с глупыми советами, просто хочу, чтобы ты поменьше переживала и берегла себя. И Дашеньку, конечно. Мужики — это такое, уходящее и приходящее, а дочь у тебя одна.
— Знаю, мам, знаю…
— Приезжай на следующие выходные домой, милая. И Дашу бери с собой. Я испеку пирог и мы поговорим.
— На следующих… У Дашки вроде опять будут соревнования. Или концерт, уже не помню. Но если получится — с радостью приедем. Я очень соскучилась мамуль, по тебе и по папе. И по пирогам твоим тоже.
— Целую тебя, доченька. Береги себя.
— И я тебя. Спасибо, что поддержала.
— А ты ожидала, что я буду вправлять тебе мозги и уговаривать забыть этого своего однокашника и быть терпимее к мужу?
— Ну, что-то вроде этого.
— Ты кое-что забыла, милая. У меня, как и у тебя, тоже одна дочка. И больше всего на свете я хочу, чтобы она была счастлива.
**
Как ни странно, даже такой короткий разговор с мамой подействовал на меня умиротворяюще. И в самом деле, чего я хандрю? Чего боюсь? Позвонить Димке и позвать прогуляться первой? Я взглянула на часы. Они показывали начало восьмого. Самое время для вечернего променада.