- А родители?
- Они недавно домой уехали, сейчас приехать должны, мы все ждали, когда тебе полегче станет, и Пётр Павлович с нами, и Стас тоже.
- И этот... племянничек, небось, злорадствовать приезжал...
- Да ты что? Вадим, мы тут переживаем за тебя все, а ты о нас плохое думаешь, зачем? Дина сжала мою руку.
- Я не думаю о тебе плохо, Дин, я же пошутил только, не обижайся, я же вижу, как на тебя смотрит Стас, а мне от этого плохо делается, ну чего он добивается, чтобы ты меня бросила? Мне и впрямь зло взяло, ну везде этот Стас.
- Я не могу тебя бросить, Вадим, и потом... У меня для тебя новость. Не знаю только, надо ли тебе сейчас говорить, новость такая... Наверное, хорошая. Вот.
Она достала из сумочки... Это что такое?
- Это... Дина, это?
- Это ребёнок наш, я беременная, поэтому мне так плохо стало тогда, вот и всё. Она склонила голову.
- Динка? Это правда? Я не мог сейчас ни о чём больше думать, вот он, мой ребёнок, такой маленький, у Дины в животе. Мне сразу легче стало, поедем домой, а?
- Куда домой, Вадим, лежи. Испугалась Дина, я тебе ещё кое-что показать хочу, и ты всё поймёшь.
- А ты этот снимок где взяла? Не слушая её, спросил.
- На УЗИ была, мне там дали, я слышала, как у него сердечко бьётся, часто-часто. Улыбнулась она.
- А кто это? Мальчик или девочка? Кто там у нас растёт, интересно.
- Интересный ты, рано ещё, пол ребёнка не определили пока, после половины сказали, а пока у меня только третий месяц.
- У нас, Диночка, у нас. У нас третий месяц, а что там ещё ты показать мне хотела? - Не сводя глаз с фото, спросил её.
- Вот, смотри, с твоего телефона прислали.
Ни х... себе, не материться бы, да заматеришься! Я голый рядом с голой Машкой, они меня что, специально напоили гадостью, чтобы сделать фото и отправить Дине? Вот стервы! Кто-то же сфоткал нас.
- И ты поверила, что я способен на такое? Дина... Да это чистой воды подстава, ты не доверяешь мне, так я понимаю, и ещё понимаю, что, увидев эту фотографию, хотела в свой посёлок уехать, и... зря, я бы тебя всё равно нашёл и привёз обратно, Динка... Не верь ни ушам своим, ни глазам, верь только мне, всегда надо идти на диалог и всё с глазу на глаз выяснять. Мы же договаривались.
- Да, я помню, но ты прочти, что там написано.
Я пробежал глазами.
- Даже если так, дождаться меня и поговорить ты уехать хотела, а тут видишь что? Оказывается, меня чуть не убили.
***
- Сынок. - Мама зашла в палату. - Мальчик мой, ты не представляешь, что я пережила, как рада, что ты на поправку пошёл, а этих двоих я посажу.
- Кого? - Удивился я, кого это мама сажать собралась?
- Меркуловых, и маму, и дочку! - Выпалила она. - Там сам Меркулов, того гляди, всех перебьёт, из дома, говорят, выгоняет и жену, и дочку.
- Мама, у меня сегодня день радостный, посмотри, я уже фактически отец сам, ты хоть понимаешь, что это значит? А ты мне про каких-то интриганок тут.
- Понимаю, сын, я бабушкой стану, отец... Ой, нет, отцы дедушками. - Мама улыбнулась.
- А с чего взяли, что это Меркулова принесла гадость и подсыпала? И ведь не только мне, Егор тоже отключился, это я помню, то есть как он упал, я видел, а потом темно.
- Да там, говорят, только в этих бокалах и было, остальные чистые все. Узнали как, спрашиваешь? У Маши на руках у одной порошок был и в сумочке её пакет от лекарств этих, где они взяли его, непонятно, такие лекарства только онкологически больным прописывают, и то на последней стадии.
Да Клавдия чего не достанет? Она вообще на всё способна, достали меня эти бабы, в результате чуть не убили, вот скажи, что с этой Машкой сделать? Убить?
- Вадим, давай не будем о плохом, — вмешалась Дина, — нам с тобой сейчас положительные эмоции нужны и маме тоже.
- Дети мои, — мама прослезилась, — какие вы у меня хорошие.
- Что за слёзы, Милаш, хватит, всё страшное позади, я вам новости принёс, Меркулов забирает дочь из колледжа, в какой-то другой переводит, и это мне нравится.
- Мне тоже. — Коротко ответила мама.
- А мне нет, я её прибить хочу. — Мне и правда хотелось хоть словом ударить Машку, чтобы она хоть маленько задумалась о своих поступках.
- Лежи, прибить он хочет. — Отец посмотрел на меня. — Ты себя в зеркале видел? Ты без слов сейчас хоть кого испугаешь.
- Нет, в зеркале я себя пока не видел, мне кажется, что я страшно выгляжу. Весь опухший и неестественный, интересно, осложнений никаких не будет?
- Пока неизвестно. — Мама ответила.