Если беспристрастно разобраться, в случае поражения я терял все, а в случае победы ничего не получал. Но дроу не собирался проигрывать, а человек сам предложил вариант «равностороннего треугольника», поэтому чисто номинально договор был честным.
– Но у тебя должен быть достойный боец. – Идея явно понравилась Айвелю, однако победа должна быть заслуженной, иначе в ней не было смысла.
– Мой самый лучший, верный и преданный слуга, – я махнул рукой в сторону Лама, – лично убил двух ассидов, причем одного – на моих глазах. Обо всех остальных его заслугах умолчу, так как сказанного вполне достаточно, чтобы понять – это по-настоящему великий воин.
Все без исключения дроу повернулись в сторону имура и стали с интересом разглядывать того, в чьем послужном списке было два высокопрофессиональных убийцы.
Если до этого дроу еще колебался, то упоминание об ассидах решило исход дела.
– Согласен! – Айвель отбросил сомнения. – Мы будем биться прямо сейчас.
– Прекрасно! – Я не скрывал своей радости. Как бы ни закончился поединок, я все равно не останусь внакладе. Если Лам выиграет – дроу оставят нас в покое, а если проиграет...
Ну что ж... Я с чистой совестью перережу горло Динксу и пойду в услужение к темному эльфу.
Отдав в качестве залога верности осколок собственной души, я стал рабом Хаоса. Так что уже не мог потерять больше того, чего лишился однажды.
– Возьми. – Я бросил к ногам Лама ритуальный клинок гоблинов. – Это придаст тебе силы.
Телохранитель молча поднял с земли зловещее оружие. Между нами не осталось никакой недосказанности. Судьба Динкса по-прежнему оставалась в его руках. Если Лам проиграет, то умрет не только он один. Если выиграет – то лично исправит ошибку, благодаря которой имуры стали разменными пешками в этой грязной игре без правил.
– Какая редкая вещь! Если не ошибаюсь, это...
– Ритуальный клинок гоблинов, – подтвердил я догадку Айвеля, – незаменимая вещь, когда нужно перерезать чье-нибудь горло.
– Похож на Стельского Мясника – одного из двух ножей гоблинов, которые играют первостепенную роль в их ритуалах.
– Может быть, это он и есть, особенно если учесть, что мне его подарил Мгхам.
– Мгхам? – Казалось, сегодня темного принца уже не могло ничего удивить, но этот странный человек оставался полон сюрпризов.
– Если мой боец проиграет, клинок по праву перейдет к победителю. – Я начал уставать от этого слегка затянувшегося пролога, поэтому готов был отдать все, что угодно, ради скорейшего начала поединка.
– Имур действительно так хорош, как ты говоришь? – Айвель скинул куртку, оставшись в тонкой шелковой рубахе. – Или же ты просто пытаешься меня испугать?
Два тонких лезвия блеснули на солнце, выписав затейливую дугу, так что глаз едва успел уловить их движение.
Танцующий С Клинком получил свое прозвище не потому, что являлся отпрыском царствующей династии, он заслужил его по праву. Такое отточенное мастерство вырабатывается годами упорных тренировок, и не мне, простому деревенскому пареньку, месяц назад покинувшему родные пенаты, чтобы отправиться на войну, было тягаться с этим виртуозом. Дроу вырезал бы на моей груди любовное признание, посвященное очередной пассии, прежде чем я вообще успел бы что-то понять.
Если бы на месте Лама был кто-либо другой, можно было прикончить Динкса прямо сейчас. Но телохранитель, может быть уступая противнику в скорости, явно превосходил того в опыте, поэтому предсказать исход противостояния было практически невозможно.
– Приступим? – Дроу обращался не к стоящему напротив него имуру, а ко мне, как бы подчеркивая, что это поединок двух принцев.
– Да.
Айвель был вооружен двумя стилетами с тонкими длинными лезвиями. Его оппонент держал в одной руке короткий изогнутый меч, а другой сжимал гоблинский нож. Небольшое преимущество короткого меча компенсировалось малой длиной ножа, так что по большому счету противники находились в равных условиях.
Свита темного эльфа синхронно расступилась, образовав что-то вроде ринга. Наверняка не в первый раз секунданты принца участвовали в подобной дуэли, поэтому каждый заранее знал свое место. Еще секунду назад они стояли чуть ли не вплотную друг к другу, а затем, сделав всего несколько шагов в сторону, образовали круг, в центре которого остались лишь двое бойцов.
Я подозревал, что Лам не станет форсировать события, предпочтя сначала выяснить сильные и слабые стороны противника, чтобы только затем попытаться пробить брешь в его обороне. Начало боя подтвердило эту догадку. Имур действительно не пошел вперед, а принял низкую оборонительную стойку. Однажды я уже видел ее в действии – ссутуленная спина, голова втянута в плечи, полусогнутые ноги напряжены и готовы в любую секунду резко распрямиться, словно гигантская пружина, подбросив тело высоко вверх. Несведущему может показаться, что возвышающийся на две головы воин имеет преимущество над более низкорослым соперником, но это не так. И в случае с ассидом, и сейчас было прекрасно видно, что низкая стойка оказалась не только неожиданной, но и чрезвычайно неудобной для противников Лама.
Однако Айвель был полон решимости не затягивать поединок, поэтому сразу двинулся в атаку.
Когда между собой сходятся бойцы подобного уровня, схватка заканчивается или почти сразу – малейший промах означает поражение, – или же, наоборот, затягивается надолго. До тех пор, пока один из противников не устанет.
Танцующий С Клинком был настоящим виртуозом. Свое прозвище он получил не зря: он действительно танцевал, другого определения к этомy действию было не подобрать. Я видел лишь фигуру дроу и редкие блики света, отражающиеся от лезвий стилетов. Казалось, даже лучи солнца не успевают за этими стремительными движениями. Но Лам успевал – и лично для меня это было самое главное.