— Да знаю я, знаю, — проворчал Хагрид в ответ на ее оправдания. — Я ведь не бранюсь.
Он усмехнулся в бороду. Пристыженные друзья переглянулись.
— Хагрид, ты принес Гарри в замок. Что там случилось? — Рон вопросительно посмотрел на великана.
— Да ничего особенного. Тренировка, значит, закончилась. А Гарри с первокурсником остались. Что-то там еще смотрели. Не знаю. А потом Гарри упал с метлы.
— Как? — Гермиона отхлебнула горячего чаю из огромной кружки. У чая был привкус какой-то травы. Девушка не смогла определить, какой именно.
— Известно как. Соскользнул на землю.
— Было высоко? — прищурился Рон.
— Метров двадцать.
— И он упал с двадцати метров без повреждений?
Хагрид задумался.
— Он медленно падал, — наконец проговорил он. — Не так, как обычно. Может, этот мальчонка ему помог.
— А что делал Форсби? — спросила Гермиона
— Кто?
— Первокурсник, с которым Гарри остался.
— Так помогал ему. Я же говорю.
— А как именно?
— Гермиона, ну что ты привязалась к Форсби? — недовольно откликнулся Рон.
— Подожди, — отмахнулась девушка.
— Он стоял напротив Гарри и руку вытянул на него.
— Это называется помощь? — скептически произнесла Гермиона.
— Не знаю, — проворчал Хагрид, — может, он лечил…
Всю дорогу до замка они спорили с Роном.
— Гермиона! Ты в чем-то подозреваешь Форсби? Это просто смешно!
— Рон, Забини в начале года подошла ко мне и попросила присмотреть за Брэндом.
— Блез Забини? К тебе?
— Да! — рассердилась Гермиона.
— А она какое отношение…
— Они кузены.
— И что с того? Что необычного в ее просьбе? Если бы Джинни попала на другой факультет, я бы тоже попросил кого-нибудь за ней присмотреть.
— Ладно. Я не буду с тобой спорить.
Они вошли в замок.
— Старосты называется, — посетовал Гермиона, — двадцать минут, как был отбой.
— А посему идем молча, быстро и тихо, — добавил Рон и потянул ее по полутемному коридору.
В ту ночь Гермиона долго не могла уснуть, думая то о Драко Малфое, то о Брэндоне Форсби. Что же происходит? И как решить этот вопрос?
Напрашивался единственный ответ. Рассказать обо всем Малфою.
С утра Гермиона поняла, что сделать это будет гораздо труднее, чем представлялось.
— Минус пять баллов с Когтеврана! Это — школа, а не дом развлечений.
Гермиона проводила слизеринца опасливым взглядом. Люди по-разному переживают горе. Кто-то держит это в себе, кто-то выплескивает на окружающих. Малфой, кажется, относился ко второму типу. Ученики отлетали от него с взысканиями, как семена от бешеного огурца. Подступиться к нему казалось чем-то нереальным.
За обедом их взгляды встретились. Он чуть кивнул. Даже не кивнул, а сделал какое-то движение, которое можно было счесть за приветствие. Гермиона тоже изобразила нечто среднее между кивком и пожатием плечами.
Это можно было бы счесть хорошим знаком, но взгляд, которым слизеринец окинул Невилла на выходе из столовой, как-то поубавил желание к нему подходить.
После обеда, едва она поднялась в гостиную Гриффиндора, ее окликнул Брэнд. Гермиона обернулась и посмотрела на первокурсника. Обычный мальчик: ямочка на левой щечке от лучезарной улыбки, рыжая шевелюра, трогательные жесты… Мальчик-сирота, мальчик, который делает страшные вещи. Не он сам, но… как трудно это осознавать, глядя в ясные глаза и слыша звонкий голос.
— Гермиона, помоги мне, пожалуйста, перевести отрывок по рунам. Я никак не могу понять.
— Хорошо, — девушка постаралась, чтобы голос звучал ровно.
— А когда сможешь?
— Давай книжку. Я посмотрю.
— Я сейчас сбегаю, — с готовностью откликнулся Брэнд.
Только мантия мелькнула, когда он опрометью бросился по ступеням. Гермиона посмотрела вслед. Поежилась, хотя в гостиной было тепло. Господи! Когда же это закончится? Но что-то подсказывало, что это только начало.
Мальчик вернулся быстро. Уже без мантии. В одной руке надкусанное яблоко, в другой — толстая старинная книга. Гермиона опасливо приняла фолиант. Книга… Не та ли самая? Вдруг к Гарри решили подобраться через нее. Брать в руки?
— А что за книга? — ее ледяные пальцы осторожно коснулись фолианта.
— Это летопись эльфов, — весело откликнулся Брэнд. — Я пытался читать про сражение, а один отрывок никак не могу понять.
Эмили и Майк — извечные друзья Брэнда — переглянулись и прыснули.
— Вы тоже ее читали?
— Ага. Если это можно так назвать. Мы в рунах ничего не понимаем, — весело откликнулась девочка.
Гермиона вздохнула с облегчением. Если дети ее брали в руки, значит, книга не опасна. Хотя… не факт.
— Ну мы пойдем. Спасибо, — Брэнд развернулся к приятелям.
— Подожди, — Гермиона кивнула головой на ближайший диван. — Я хотела поговорить.
Брэнд скорчил страдальческую мину, давая понять, что они жутко торопятся, но на старосту это не подействовало.
— Я догоню, — сказал он ребятам.
Те кивнули и отправились к выходу.
Гермиона присела на диван. Брэнд остался стоять.
— Садись. Я тебя не задержу.
Мальчик присел на подлокотник. Гермиона удержалась от замечания — речь сейчас не об этом. Брэндон Форсби был спесив, как любой отпрыск знатной фамилии. К нему нужен особый подход. Вот сейчас он чувствовал себя обязанным Гермионе из-за своей просьбы. И девушка собиралась этим воспользоваться.
— Брэнд, что случилось вчера на тренировке?
Улыбка слетела с губ, мальчик несколько раз моргнул.
— На какой?
— Вчера Гарри упал с метлы. На поле были только ты и он. Хагрид вас видел. Что случилось?
Мальчик закусил губу. На лбу пролегла морщинка.
— Я не помню, — слегка удивленно ответил он.
— Как?
— Не помню.
В ответ на недоверчивый взгляд он произнес:
— Правда. Я был на поле, — он поднял взгляд к потолку, пытаясь вспомнить, — мы разговаривали о его метле. Отец подарил мне Нимбус, и я пытался понять, чем она отличается от Всполоха, и… Я не помню. Потом Хагрид… Я, наверное, отвлекся. Или…
— Ты себя хорошо чувствуешь?
Она поняла, что мальчик не врет. Сейчас впору было опасаться и за него.
— Да, все в порядке, — как-то слишком быстро проговорил он.
— А если честно?
— Знаешь, я словно путешествовал через камин. Но этого не было. Просто сейчас такое чувство. А… иногда я не помню, что происходит. Это странно, да? Теперь ты будешь смеяться?
Его голос был еле слышен.
— Нет, Брэнд! — повинуясь внезапному порыву, Гермиона притянула мальчика к себе и крепко обняла. — Я не буду смеяться. И я никому об этом не скажу, — предвосхитила она его просьбу. — Но это правда странно. Скажи мне, когда это случится в следующий раз. Хорошо? Я постараюсь тебе помочь.
— Мне страшно, — глухо проговорил он в ее плечо.
— Брэнд, хороший мой, я постараюсь тебе помочь.
Он отстранился. Было видно, что мальчик не привык к подобному проявлению чувств.
— Спасибо, — не поднимая взгляда от своих коленей, проговорил он. — Знаешь, ты единственная после мамы, кто… кто… В общем, я…
Гермиона поняла, что он вот-вот расплачется. Сколько же нужно сил, чтобы держать все в себе?
— Все будет хорошо, — негромко проговорила девушка. — Обещаю.
Мальчик поднял голову и улыбнулся. Слезы так и не показались, хотя он отчаянно шмыгал носом.
— Ты славная, — вдруг сказал он, улыбнувшись.
— Ты — тоже. Ну, беги, а то тебя ребята ждут.
Он соскочил с дивана и побежал к выходу.
— Брэндон, а куда вы раздетые? — окликнула Гермиона. Этот мальчик пробудил в ней непреодолимое желание защищать и заботиться. Почему-то отпрыски старинных семей выглядели вблизи гораздо несчастнее других детей, как бы ни старались это скрывать.
— А мы будем в замке!
Рыжеволосый мальчишка скрылся в дверном проеме.
Гермиона откинулась на спинку дивана. Сердце сжалось от тоски. За что это ему? Чем он прогневил великого Мерлина?
Гермиона открыла книгу на яркой закладке. Указанный абзац был обведен карандашом. Эх! Мадам Пинс на него нет. Девушка попыталась прочесть и поняла, что не понимает ни одного символа. Прочитала предыдущий отрывок. Красочное описание воинского обмундирования какого-то Эления. Видимо, имя. А вот отмеченный абзац — просто набор вязи. Гермиона нахмурилась. Может, это как-то связано с заклинанием Брэнда?