Почему же она никуда не ходит одна? Люциус бросил взгляд через класс на ее парту. Почему за эти несколько недель она ни разу не пыталась искать с ним встреч? Неужели она всерьез сказала «прощай» в ту ночь? А как же быть ему? Как?
Еще через несколько дней он уже перестал надеяться. Но так часто бывает. Судьба играет. И всегда выигрывает.
Староста Слизерина неторопливо шел по школьному коридору. Прошло три недели с момента окончания каникул. А за окном по-прежнему валил снег, как и в ту ночь. О той ночи вообще многое напоминало. За эти недели он понял, что воспоминания помогают ему жить: улыбаться, ходить на занятия, на тренировки. Без них было бы хуже. Люциус остановился у окна. Как же без нее плохо. Неверный свет фонаря вырвал из темноты знакомую фигуру. Сборная Когтеврана закончила тренировку по квиддичу, и припозднившийся игрок не спеша возвращался в замок. Люциус сорвался с места и бросился в сторону западного коридора. Он нагнал ее очень быстро. Она только-только вошла и старательно стряхивала снег с волос. На ее лбу залегла легкая морщинка. Так было всегда, когда она была недовольна. Видимо, тренировка прошла не слишком удачно. А может быть, она тоже тосковала. Сердце подскочило. Он растерял все слова, которые так отчаянно готовил.
— Фрида, — сипло выдавил он.
Девушка резко обернулась и застыла. В ее взгляде полыхнуло что-то такое… Но тут же погасло. Она быстро завертела головой, осматривая пустой коридор. Люциуса разозлил этот жест. Он в последнее время вообще быстро терял душевное спокойствие.
— Прекрати, неужели два старосты не могут просто поговорить в школьном коридоре? — его голос прозвучал сухо.
— Мы не просто два старосты. И ты это прекрасно знаешь.
Гордость подсказала резкий ответ, но он вовремя вспомнил свои мысли в фехтовальном зале. Как он может ссориться с ней по пустякам?
— Я написал тебе письмо.
Она отвела взгляд и промолчала. Он сделал шаг в ее сторону.
— Я выбросила его в камин.
Он замер на полпути.
— Ты его даже не прочла?
— Нет, Люциус, — она посмотрела ему прямо в глаза. В ее взгляде была непоколебимая уверенность в том, что она делала и говорила. — Я не хочу знать, что ты написал. Я ничего не хочу знать. У тебя теперь своя жизнь. У тебя семья. Нарцисса замечательная девушка.
Он не верил своим ушам. Нет! Он спит и видит кошмар.
— Фрида, ты что несешь?
— Люциус, ты живешь своей жизнью, можно я тоже буду? Мне кажется, я этого заслуживаю. Я не хочу быть твоей тенью. Я не хочу часть тебя. Я не хочу сходить с ума. Я хочу все забыть. Если я тебе дорога, помоги мне в этом. Перестань ворошить прошлое.
Он сделал шаг назад. Нет! Это не она. Это не может быть она. Люциус резко развернулся и почти бегом бросился в сторону слизеринских подземелий. Он хотел убежать и скрыться от зеленых глаз, в которых была такая решимость его убить.
Он стремительно вошел в гостиную. Народу было немного. Люциус направился к однокурснику, так похожему на эту девушку, которая только что ровным голосом говорила страшные вещи.
Фред Забини поднял голову от учебника, который читал.
— Ты в порядке? У тебя какой-то вид странный.
— Как насчет того, чтобы пойти в Хогсмит напиться?
Фред бросил взгляд на часы. Восемь вечера. Выйти можно было только тайком. Опять красться и рисковать. Он вздохнул.
— Есть повод?
— Твоя сестра, — коротко бросил Люциус.
Фред сел в кресле прямее.
— Что с ней?
— Она отшила меня. Причем в очень доступных и простых выражениях.
Фред с громким звуком захлопнул книжку.
— Ты ждал чего-то другого? — в его голосе появился вызов.
Они ладили с Люциусом. Но сестру Фред никогда не давал в обиду. Слишком много выпало на ее долю по вине этого человека.
Люциус проигнорировал выпад. Вместо этого он твердо повторил:
— Так ты идешь или нет?
Фред встал с кресла:
— Сейчас схожу за мантией.
Люциус проводил его взглядом и посмотрел на пламя в камине. Это конец. Теперь уже наверняка. Душу раздирала злость и отчаяние. Хотелось все забыть.
Откуда ему было знать, чего стоили Фриде эти слова. Она действительно не хотела части его. Или все, или ничего. В семнадцать лет так не хочется быть на вторых ролях. Да. Она говорила спокойно. Потому что этот разговор был готов еще в день, когда она рыдала в лазарете Хогвартса в объятиях брата. Сейчас больно, но другого выхода нет. Это ведь и для его же блага.
Жаль только, что Люциус Малфой так никогда этого и не поймет.
*
Нарцисса Блэк сидела на трансфигурации и прилагала все силы, чтобы не смотреть на затылок юноши на третьей парте.
Она до сих пор не могла отойти от первого ужина после каникул.
Они с Люциусом пришли раньше. А потом… в зал вошел он.
Нарцисса уговаривала себя, что нужно быть спокойной. От встречи никуда не деться. Не может же она, в самом деле, надеяться избегать его взгляда. Сириус шел, смотря в пол, не поднимая головы. Он занял свое место и заинтересовался содержимым тарелки. Что он там высматривал, если та еще была пустой? Нарцисса посмотрела на свой ужин. Так нельзя. Люциус не должен заметить. Она повернулась к жениху и улыбнулась ему. Тот слегка улыбнулся в ответ. Это была часть уговора. Все должны считать их идеальной парой.
Нарцисса вновь посмотрела на стол Гриффиндора, и в это миг он тоже посмотрел на нее. Как много можно сказать одним взглядом. Глаза манили, притягивали, жгли. Поттер слегка толкнул его в плечо, привлекая внимание. Сириус повернулся к другу. А ведь несколько дней назад она могла так же дотронуться на него. Розовые полоски свежих шрамов на смуглой коже плеча. Тогда она легонько касалась их губами, заставляя его сходить с ума. Нарцисса скользнула взглядом по гриффиндорскому столу. Люпин чуть улыбнулся. Она улыбнулась ему в ответ. Эванс. Улыбка слетела с губ Нарциссы. Она прекрасно видела, что гриффиндорка с трудом сдерживает веселье по поводу своего триумфа. Нарцисса в ярости отвернулась, краем глаза успев заметить все-таки появившуюся усмешку.
А вот теперь прошло три недели. Три недели взглядов и бессонных ночей. Три недели слез и бесплодных ожиданий какого-то чуда. Нет. Нарцисса не искала встреч, не писала писем. Она прекрасно понимала, что для них все закончилось в тот миг, когда на ее палец было надето фамильное кольцо рода Малфоев.
Прозвенел звонок с урока.
Эванс что-то спросила у Сириуса. Нарцисса, опустив голову, прошла мимо. Она, никого не дожидаясь, направилась в сторону кабинета зельеварения. Дойдя до двери, она развязала рюкзачок и принялась искать свое эссе.
— Черт!
Как она так умудрилась собраться на занятия, что забыла половину учебников, а теперь еще домашнюю работу?
— Что за крупномасштабные изыскательные работы?
Знакомый голос заставил поднять голову. Северус Снейп внимательно смотрел на нее сверху вниз.
— Представляешь, забыла свое эссе.
Снейп возвел глаза к потолку.
— Акцио, эссе.
Нарцисса усмехнулась. Не прошло и минуты, как в руках Северуса Снейпа появилась ее домашняя работа.
— Вижу, вы тоже для таких случаев держите окна в спальне открытыми.
Нарцисса взяла свиток и снова улыбнулась.
Оба замолчали. Через несколько мгновений Снейп нарушил тишину:
— Как прошла помолвка?
Нарцисса принялась старательно дергать завязки своего рюкзака.
— Отвратительно, ужасно, чудовищно. В общем, обе семьи довольны.
Снейп усмехнулся.
— Как Люциус?
Нарцисса пожала плечами.
Снейп протянул руку и решительно забрал у нее рюкзак. С такими темпами она его на кусочки разорвет. Он забросил рюкзачок себе на плечо, по пути отметив, что тот, и правда почти пустой. Как она собиралась на занятия?