Знал ли ты, что натворил? Видела ли я в изменяющейся жизни искры скорой смерти? Наверно да, но не осознавала их. До последнего момента я цеплялась за жизнь, как любое существо не хотела умирать. Даже не так… Я не задумывалась о моей смерти.
Может, кто-нибудь другой на моем месте стал биться в истерике, обвинять в случившемся тебя, но не я… Я ведь боялась своего будущего. Мысли, что уж лучше смерть, чем это продолжение кошмара, а дальше и возникновение ненависти к себе, посещали довольно часто, потому что жизнь не имела никакого смысла.
Я хотела умереть, чего таить. Но опять же, стойкое подсознательное желание жить не смотря ни на что, в последний момент останавливало занесенную над пропастью ногу.
И опять все с начала. Бесконечный круг. Кто знает, может быть в течение всей жизни я приходила бы туда, на самый верх высотки, где облака касаются творения рук человека, где ураганный ветер успокаивает мою душу.
И в один прекрасный день лимит моей выдержки подошел бы к концу, и я просто сошла с ума…
Вот поэтому я благодарна тебе. Ты помог мне. После смерти я попала в удивительно прекрасный мир, так похожий на сказку. Здесь я поняла, что маска для окружающих, маска, с помощью которой я смотрела на мир с юмором, пусть и несколько циничным, есть моя истинная сущность.
А главное, ты рядом… Отчего-то такой родной и сказавший, что создан только ради меня…
По щекам лились слезы. Не горькие, не радостные — просто слезы.
Заскрипели камни.
— Почему ты мне ничего не говорила?
Демм сидел на коленях напротив меня. Сделав вид, что поправляю челку, я начала вытирать слезы.
— Ты о чем? — постаралась сказать веселым тоном, но на последнем слове голос дрогнул.
Его лицо было ошарашенным. Кончиками пальцев он дотронулся до моей щеки. Жест был настолько неожиданным, я вздрогнула и от этого прикосновения, и от необычайного тепла его кожи.
— Ты хорошая актриса. Вот только забыла вытереть здесь… Почему ты скрывала, что тебе было так плохо?
«Он тоже умеет читать мысли?» — с ужасом подумала я и озвучила свою догадку.
Демм чуть удивленно покачал головой.
— Ты говорила вслух. Разве ты не знала?
Вот теперь знала… Я зажала рот рукой. Ну почему я раньше так не сделала? Настолько личное не должно было достигнуть чужих ушей.
— И давно я говорила? С какого момента?
— Разве это важно?
Кроме всего, в его глазах поселилась боль. Нет, невыносимо разделять свою боль с другим человеком. Тем более с ним. Слишком сильное понимание встречает она в ответ.
Я отвернулась. Не хочу видеть.
— Для меня важно, — прошептала я.
— Ты сказала, что я разрушил своим появлением твою жизнь. Что… — теперь боль отражалась в голосе. — Алекс, я понял, что ты… умерла…
Пальцы мелко задрожали.
Умерла… да, ты понял правильно. Мое существование пресеклось. Я умерла на пороге между сном и явью.
Я кивнула. Не надо, чтобы он слышал мой голос. Он итак слышал предостаточно.
— Как это случилось?
Я пожала плечами, как будто случившееся было несущественным.
Придется говорить. Надо сделать так, чтобы он не догадался, насколько мне было больно. Но врать я не хочу.
— Меня избили.
— Кто?? — зарычал он. Столько ненависти… почему он так реагирует?
— Я их не знаю.
Демм вцепился другой рукой мне в плечо.
Мне вдруг стало смешно. Неужели он собирается им мстить? Что-то острое проткнуло ткань двух кофт и царапнуло кожу.
— Больно…
Это «что-то» мгновенно убралось вместе с рукой Демма.
— Прости… я… потерял контроль, — он замолчал. Это молчание тяжелыми волнами накатывалось на меня. — Было больно… умирать?
Слово «умирать» он произносил как-то осторожно, словно думал, что оно может ранить меня.
«Глупый», — подумала я с некоторой нежностью.
— Нет. Я уснула. — Даже односложные ответы нелегко произносить обыденным тоном. Когда же он перестанет меня терзать?
— Откуда ты знаешь, что умерла? Может ты просто…
Тут я не выдержала. Оттолкнув его руки, я посмотрела ему прямо в глаза и закричала:
— Что просто?? Уснула? Ты ничего не понимаешь. И никогда не поймешь, как страшно принять правду, что ты умираешь… И пусть я хотела умереть, но не так, без боли!!