Однако, по реакции детей, мы все поняли, что они не то, чтобы испугались; на их задумчивых лицах замер немой вопрос и, скорее всего, ощутив, что заходит слишком далеко в то время, как никто не готов был посвящать маленьких членов семьи в сложную историю, приключившуюся с ним, Константин всё же обернулся тем приятным молодым человеком, которым мог быть.
Моё внимание отвлёк смех маленького полудракона — девочка радостно хлопала в ладоши, когда Вольга сняла свой плащ и передала его детям, чтобы те могли скатиться на нём, как на санях, с горки. Они с Валентиной, Гаем и Алексеем двинулись в сторону, к месту, где снега было больше, чем здесь, а мы остались на опушке — я, Ян и Константин.
— Подожди здесь, — попросил меня Ян.
Глядя на семью драконов, наконец, собравшуюся вместе, веселящуюся и даже дружную, я улыбалась, наблюдая, как малыши — Юлия и Юрий — скользят по снегу вниз, как на склоне их подталкивает Вольга, как внизу их ловит Алексей, как Валентина садится с ними на плащ, словно сама ребёнок, как Гай, обернувшись медведем, скатывается по льду рядом с ними. К Гаю присоединился и мой Кинельган, который всегда был не против подурачиться. Я глядела на них и понимала, что моя собственная дружная семья, которую я совсем недавно имела, безвозвратно распалась.
Я оставалась на холме, в полумраке чащи, с двумя братьями наедине. Один — меня похитил когда-то, второй — похищал других в моих сновидениях. Засмотревшись на веселье остальных, я на какое-то время даже потеряла своих спутников из виду; и Константина, который стоял передо мной пару минут назад, уже опять не было видно. Как и Яна.
Внезапно я услышала голос позади себя.
— Ава… — произнёс потусторонний шёпот, — нам нужна небольшая твоя помощь…
Это был Константин. Он подкрался незаметно, и я отчего-то не обернулась. Вросла в землю, вытянувшись, как струна. Не знала, здесь ли ещё Ян, но надеялась, что да. И услышала звук подступающих, отчётливо слышимых шагов, в отличие от бесшумной поступи Константина. Чёрный дух всегда подходил, словно крадучись; его было не видно, пока он сам не решал обратить на себя внимание. Я никогда не замечала, когда он подходил. Никогда его не слышала, если он сам себя не показывал.
Сейчас тот, кого прозвали Кощеем, стоял позади меня и дышал мне почти что в затылок. Там же рядом оказался и Ян. Моей кисти коснулась горячая рука, и я вздрогнула. Я не знала, чья она, пока не бросила туда взгляд — Ян. Его пальцы трогали мою кожу.
Моё дыхание было сбивчивым. Со стороны правого плеча к моему лицу и шее понеслось тепло — щека Яна соприкоснулась с моей. Он приобнял меня сзади, и неожиданно вложил в мою ладонь нечто металлическое и ледяное. Нож? Нет. Кинжал. Самый настоящий кинжал, небольшого размера, рукоятка которого была украшена драгоценными красными камнями, золотом и серебром. Мне ничего не оставалось, кроме как в замешательстве принять его. Перебирая мои пальцы, по-прежнему дыша мне в правое ухо и невольно обдавая теплом шею, Ян безмолвно указывал, как правильно его держать. Затем шепча, говорил, что делать дальше. Я не слишком понимала, зачем именно он вручил мне этот клинок, но не моргая смотрела вперёд и тихо кивала.
— Не забывай дышать, — сказал Ян.
И я опомнилась. Он заметил, что моя грудная клетка слишком долго остаётся недвижимой, а плечи — напряжёнными. И я сама заметила. Я сделала глубокий вдох, громкий, словно мои лёгкие были замершими больше минуты. Воздуха нави мне не хватало, чтобы надышаться. Иногда я не замечала этого, иногда чувствовала слишком остро, когда начинала контролировать процесс. У меня чуть закружилась голова.
Константин обошёл нас и встал у дерева, опёршись о него спиной, застыв в расслабленной позе, сложив руки на груди. И внимательно следил за тем, что мы делаем. Смотрел так пристально, что я будто физически ощутила его взгляд на себе. Он словно специально встал там, чтобы оказаться в поле моего зрения.