Бастиан соскочил с коня и помог слезть Стендону, бросив поводья слугам. Он обратил внимание на то, что расположившиеся на дворе солдаты внимательно разглядывали их, вполголоса переговариваясь, но не спеша оказывать герцогу подобающие в таком случае почести.
Впрочем, сейчас ему было и не до этого. Где, черт возьми, прячется этот старый хрен Тивелиус?
— Ты! Подойди! — бросил он подвернувшемуся под руку слуге.
Юноша в желто-зеленой ливрее приблизился, избегая встречаться с герцогом взглядом.
— Где твой господин? Приведи-ка его сюда, немедленно!
Слуга неловко поклонился и со всех ног бросился в крепость, неловко лавируя между составленными в пирамиды солдатскими мечами и копьями.
Герцог еще раз окинул взглядом двор: сплошь простолюдины, ни одного Высокородного. Отчего у этих солдат такие хмурые, если не сказать — неприязненные лица? Мельком бросив взгляд на ворота позади себя, он заметил на стене арбалетчиков, чьи тщательно вычищенные шлемы ярко блестели в лучах восходящего солнца.
Поправив пояс с мечом, Бастиан медленно двинулся в сторону крепости, сопровождаемый не отходящим от него ни на шаг капитаном. Солдаты, на которых падал взгляд герцога, старательно отводили глаза — неужели они опасались, что он применит к ним Дар Подвластия? Более, чем странное поведение, подумал Бастиан.
— Что-то здесь не так, — вполголоса проговорил Стендон, морщась от боли в щеке. — Двор под прицелом, — одними глазами он показал на дальнюю стену: присмотревшись, герцог увидел, что и на ней расположились солдаты с арбалетами.
— Не делай резких движений. Веди себя так, как будто мы их не замечаем, понятно?
Капитан кивнул. Седовласый гвардеец подошел к ним, держа руку на эфесе сабли — судя по встревоженному лицу ветерана, тот тоже почувствовал неладное.
— Сейчас поговорим с бароном, станет ясно…
Двери крепости широко распахнулись, и на крыльце появились трое Высокородных.
Впереди, в роскошном малиновом плаще с меховым подбоем стоял, положив руку на плечо нескладного худенького подростка, человек, которого Бастиан меньше всего ожидал здесь увидеть. Человек, который был так похож на него внешне, что в детстве их иногда путал собственный отец.
Аларис, его брат-близнец, младший всего на полчаса, которые стоили ему герцогского престола. Брат, никогда не испытывавший к Бастиану родственных чувств. Лорд Кровавого Копья, который сейчас должен был быть в сотнях миль к югу отсюда.
И рядом с ним старший сын, Дардариан. Несмотря на невзрачную внешность, этот паренек уже успел заслужить себе сомнительную славу — поговаривали, что мальчика ничего так не забавляет, как личное присутствие, а то и участие в допросах и пытках простолюдинов, которых в Кровавом Копье бросали в узилище сотнями, за самые незначительные провинности.
Слева из-за плеча Алариса выглядывал старый барон, зачем-то нацепивший древние, проржавевшие в нескольких местах латы. Вид у него был, словно у побитого пса: виноватый и обиженный одновременно.
Бастиан поднял глаза на знамя, развевавшееся над головами лордов: косые лучи солнца падали на грозного быка, яростно топчущего распластавшегося у его ног дракона. Выцветшее полотнище вдруг заиграло яркими красками в бронзовом свете дня — и только сейчас герцог понял, что бык был не алым, а багровым.
Их с братом личные гербы отличались друг от друга только оттенками красного цвета. И еще вензелем на крутом бычьем лбу, почти неразличимым от ворот.
Итак, этим вооруженным до зубов отрядом командовал Аларис.
— Брат, — слегка наклонил голову тот, приветствуя герцога. — Какая приятная неожиданность!
Вид у Алариса действительно был немного ошарашенный — появление Бастиана явно застало его врасплох.
Тивелиус пробормотал что-то невразумительное и неуклюже припал на одно колено, заскрипев доспехами. Дардариан некоторое время пристально рассматривал дядю пронзительным взглядом неприятных светло-розовых глаз; затем, получив от отца ощутимый тычок в бок, молча поклонился.
— Аларис, — кивнул в ответ герцог. — Тебя я тоже не ожидал здесь увидеть. Какими судьбами?
Лорд Кровавого Копья замялся. Видно было, что он лихорадочно обдумывает ответ вместо того, чтобы сразу сказать, в чем дело.
Герцог буквально кожей ощущал повисшее в воздухе напряжение. Во дворе вдруг стало необычно тихо: слуги, солдаты и прочие простолюдины молча стояли вокруг, устремив взгляды на герцога и его спутников. Краем глаза Бастиан заметил мелькнувшую в дверном проеме правой башни лысину, выкрашенную в карминовый цвет — брат прихватил с собой Советника.