— Спасибо, — восторженно выдохнул мальчик.
Хранитель сокровищницы позволил своему гостю ещё какое-то время поразглядывать магическую коллекцию и отвечал на сыпавшиеся на него градом вопросы, в ходе чего оба всё больше отдалялись от места, где спрятался Креслав, и вскоре совсем ушли. Выждав ещё пару довольно долгих часов, чтобы уж наверняка, тот всё же покинул своё укрытие и начал осматриваться. Он знал лишь по словесному описанию, какие вещи должен был вынести отсюда.
Найдя искомое, Креслав ещё какое-то время сомневался и размышлял об услышанном. Похоже, что хозяйке потребовалась какая-то магическая сила, но для чего были предназначены именно эти артефакты? К чему приведёт их использование? Может быть, не стоит их выносить из сокровищницы? С другой стороны, ему ясно дали понять, что если не сможет выполнить это поручение, то уж точно не увидит больше Добрину.
Решившись, Креслав аккуратно завернул в тряпицу три причудливые статуэтки, изображающие человека, дракона, распластавшегося по земле, и ещё одного дракона, опутанного тонкими зелёными нитями, спрятал себе за пазуху и, прислушиваясь к каждому шороху, направился к ближайшему посту охраны, где ждал его условного сигнала один из стражей.
Обратный путь из сокровищницы прошёл без осложнений. Взбудораженный предстоящим свиданием с любимой, осторожно отворяя двери в библиотеку, Креслав и думать забыл о загадочных слухах про Радомиру, о фигурках, которые отдал стражнику, о странном разговоре мальчишки-слуги с пожилым драконом.
— Никто не должен знать, что я здесь, — предупредил он, едва Рина оказалась в его жадных объятиях.
— Зачем ты подвергаешь себя такой опасности? — бормотала она, целуя его везде, где только могла дотянуться. — Если хозяин узнает…
— Я не мог больше без тебя, — убеждённо шептал Креслав, подбираясь к заветному местечку между ног девушки. — Соскучился ужасно. По твоим сладким губам… — Он едва не задохнулся, почувствовав её влажное возбуждение. — Твоему нежному голосу…
Лаская узкое девичье лоно, Креслав с наслаждением вслушивался в её частые вздохи и продолжал нашёптывать всевозможные приятные для женских ушей нежности. Любовался её разрумянившимся лицом, томным взглядом, закушенной припухшей губой. Одна только мысль о том, какое удовольствие она испытывает в его руках, едва не скинула самого Креслава за грань.
Когда Рина, приглушённо вскрикнув, вцепилась в его руку, Креслав прижал девушку крепче к себе, легонько поглаживая пульсирующие складки. Его самого буквально разрывало от желания, но он терпеливо ждал, когда взгляд её станет более осмысленным.
— Любимый, — позвала Рина, опускаясь на пол между книжными полками.
Креслав тут же отозвался, накрывая её своим телом. Он позволил себе ещё немного подразнить и её, и себя, потираясь своим невозможно твёрдым возбуждением о желанное местечко. И заглушил глубоким поцелуем её протяжный стон, когда медленно, но уверенно вошёл на всю длину.
Готовность, с которой Рина отзывалась на каждое его движение, приводила Креслава в неописуемый восторг. Он едва сдерживался, чтобы не начать грубо вколачиваться в свою ненаглядную: хотел сначала подарить ей столько нежности, насколько хватит его выдержки. Но вскоре до его слуха донеслись слова, которые лишили Креслава остатков самообладания.
— Ещё! Пожалуйста, сильнее! — молила Рина, извиваясь в его руках.
И Креслав послушался. Он обрушил на девушку всю силу своего желания, хрипло вторя её стонам. Вскоре почувствовал, как её внутренние мышцы напряжённо сжались вокруг него, и удовольствие разорвалось, накрывая обоих яркой пульсирующей вспышкой.
Позже, уже глубокой ночью, Креслав и Рина, никем не замеченные, проскользнули в женскую часть замка. Добравшись до постели, они избавились, наконец, от одежды, которая к тому времени уже начала изрядно раздражать, и ещё долго наслаждались друг другом, стараясь не думать о том, утро вновь принесёт им расставание.
Глава 9
После ухода Кродана Есения ещё долго сидела, потерянно уставившись в захлопнувшуюся за ним дверь. Он оставил её этой ночью одну! С одной стороны, ей бы радоваться — наконец-то этот лжец, её пленитель, оставил её в покое. Завтра она найдёт магические Врата и вернётся домой, оставив этот ужасный мир, где драконы властвуют над человечеством, далеко позади.
С другой стороны, она помимо своей воли уже отчаянно скучала по горячим объятиям своего дракона. По его нежным ласкам, жарким поцелуям, по ощущению его твёрдой плоти глубоко внутри. Мышцы между ног предательски сжались при одной только старательно подавляемой мысли об этом.
Вместе с этим Есения удивлялась сама себе. Никогда и никому раньше она не закатывала подобных истерик. Никогда раньше её не захлёстывало столь мощной волной неуправляемых эмоций. И — странное дело — именно руки Кродана подарили ей успокаивающее умиротворение. Она уже готова была взять все свои слова обратно, только бы продолжать купаться в том омуте чувств, что явно исходили от дракона. А потом он оставил её одну. На всю ночь.
Едва забрезжил рассвет, дракон явился к ней и с порога без предисловий уточнил, куда ему лететь. Есения накрепко запомнила направление и все ориентиры, которые описывала ей Яра, так что долго разъяснять не пришлось. После чего, несмотря на дурное настроение, Кродан терпеливо дождался, пока Есения закончит сборы, и привёл на ту самую площадку, с которой уносил неудавшуюся беглянку. Вспоминая подавленный вид той девушки, Есения в очередной раз засомневалась, правду ли рассказал Кродан о ней. Слишком уж очевидной выходила неувязочка: сначала пыталась бежать, а на следующий день уже не рада тому, что отправляют из замка домой?
Как и в прошлый раз, Кродан спрыгнул с площадки и взмыл в небо крылатым ящером. Смотрела на это Есения со смешанными чувствами: при всём своём возмущённом недоверии, она не могла не признать, что вид у дракона был весьма впечатляющий. Вызывающий восторг и трепет.
Кродан снизился, на лету подхватил девушку, и Есения крепко вцепилась в покрытые грубой чешуёй лапы. Как она и подозревала, это оказалось куда более захватывающе, чем её любимые горные лыжи. Дракон то планировал, ловя воздушные потоки, то оглушительно хлопал крыльями, набирая высоту, из-за чего Есению мотало, словно на американских горках, и сердце её замирало от смеси страха и восторга. Долина, проплывавшая далеко внизу, казалась игрушечной, холодный ветер обдавал леденящей свежестью, вынуждая девушку время от времени крепко зажмуриваться.
Вскоре Есения уже отчётливо разглядела очертания скалы, отдалённо напоминающей человеческий череп, под которой должен был находиться ведущий к Вратам лаз. Как вдруг девушку окружил серый дым, и дракон, дрогнув, начал стремительно снижаться. Дыхание перехватило, сердце тоже ухнуло куда-то вниз. За какие-то доли секунды они оказались почти у самой земли, Кродан резко замедлил падение, и его когтистые лапы вдруг разжались.
Столкнувшись с землёй, девушка прокатилась несколько метров кубарем, после чего растянулась на зелёной траве, болезненно морщась. Спустя ещё пару мгновений она набралась решимости приподняться и осмотреться в поисках Кродана. Дракона нигде не было видно.
Тихо выругавшись, Есения поднялась на ноги и не сдержала встревоженный возглас, когда разглядела лежащего неподалёку мужчину. Кродану повезло меньше: он упал на каменистую почву и, видимо, крепко приложился головой, потому как на зов девушки не реагировал. Девушка дохромала до бессознательного дракона и опустилась рядом с ним на колени, гадая, что же ей теперь делать.
Все попытки привести Кродана в чувство оказались безуспешны. Есения осторожно ощупала его голову и осмотрела дракона с ног до головы, но не нашла ничего настораживающего, лишь мелкие ссадины на лице и руках. Раз за разом взгляд девушки невольно обращался к возвышающейся неподалёку скале в виде черепа. Спустя несколько долгих десятков минут Есения наконец решилась.