Нада улыбнулась. Улыбка делала ее прелестной, хотя, по правде, она была хороша в любом обличье — и в змеином, и в человечьем, и в своем природном. Если Гвенни он мог назвать очаровательной, а Мелу (хотя ему и рановато было оценивать женщин с такой точки зрения) соблазнительной, то Нада являлась настоящей красавицей.
Не удивительно, что юный принц Дольф в свое время по уши в нее влюбился.
— Правильно, — сказала она. — Мой брат Налдо с удовольствием вам поможет.
— Здорово! — воскликнул Че, сообразив, что лучшего бойца трудно и пожелать. Несмотря на молодость, принц был умелым воином: ему даже довелось руководить обороной Гоблинова Горба от крылатых чудовищ. Сын короля нагов занимался этим не из любви к гоблинам, а в силу древнего соглашения, обязывавшего сухопутных чудовищ поддерживать друг друга против крылатых, но все равно отнесся к делу со всей ответственностью. Гвенни и ее матушку Годиву принц знал лично, а как принц нагов был политически заинтересован в переменах в Горбу. — А где он?
Кот рванулся с места, паутина натянулась, точно струна, и Че удалось удержаться, лишь расставив руки в створе тоннеля.
— Сэмми, я не просил тебя найти Налдо. Я говорил с Надой, а не с тобой, — промолвил маленький кентавр и, уже обращаясь к девушке-змее, добавил:
— Однако тут есть затруднение. Мы полночи добирались досюда, а завтра в полдень наш боец должен быть на месте. Искать его по всему Ксанфу уже некогда.
— Думаю, это дело поправимое, — сказала Нада и, словно бы в воздух, проговорила:
— Уважаемый профессор Балломут, нельзя ли вас на минуточку?
В пещере полыхнуло огнем, запахло серой, и в клубах дыма появился устрашающего вида демон.
— Какой безмозглый болван осмелился… — взревел было он, но едва увидел личико Нады, как его взгляд смягчился.
— О, это ты, милочка? Чем могу быть полезен?
Че понял, что прелестные женские черты способны смягчить сердце и самого грозного демона. К счастью.
— Дорогой профессор, — кокетливо-, промолвила Н-ада. — Моим друзьям, кентавру Че и котику Сэмми нужно срочно попасть к Надло. Нельзя ли это устроить?
Дело в том, что…
Профессор сделал небрежный жест, и Че с Сэмми оказались в драконьем гнезде. Дракон и наг забавлялись там игрой в кости, а такие игры пользовались дурной славой. Конечно, тем, в чьи кости играли, было уже все равно, однако игра затягивала так, что игроков становилось трудно оторвать от этого занятия. А когда их все же отрывали, они становились очень раздражительными.
Поэтому как только взгляд дракона упал на Че, тот торопливо закричал:
— Я крылатое чудовище, как и ты!
— О, Че! — узнал его Налдо. — Не бойся, Кондрак тебя есть не станет. Он тоже поклялся тебя защищать. Не хочешь ли сыграть с нами? Хотя нет, ты наверняка по делу.
— Это точно, — сказал Че и кратко изложил нагу, что к чему.
— Тут и говорить не о чем! — заявил принц. — Само собой я с удовольствием выступлю в защиту Гвендолин.
Она славная, а приход женщины к власти в Горбу пойдет на пользу моему народу. Будем драться, только сначала мне нужно закончить игру.
— Но ты должен быть там к полудню!
— Не беспокойся, когда должен, тогда и буду. Горб не так далеко отсюда, а в змеином обличье я двигаюсь очень быстро. Ты вот что — поставь на месте, где будет проходить поединок, табличку или какой-нибудь указатель.
Ровно в полдень я там и объявлюсь.
— Спасибо, — поблагодарил Че. — Теперь я могу вернуться к Гвенни с хорошей новостью. Не знаю только, как мне отсюда выбраться.
Гнездо находилось в огромной пещере, где имелся пруд, но не было никакого выхода наружу.
— Сейчас я тебя вытащу, — сказал Налдо. — Садись на меня и держись покрепче.
Кентавр обхватил руками змеиную спину, и принц нырнул под воду. Че набрал воздуху, надеясь, что тянущийся позади на веревке Сэмми тоже попридержал дыхание. Впрочем, под водой они провели лишь мгновение.
Налдо вынырнул, вылез из пещеры и легко соскользнул с утеса. Змеиное тело и впрямь позволяло ему двигаться весьма проворно.
— Скажи им, что я приду по приглашению, и мое появление нельзя рассматривать как вторжение, — сказал Налдо, спустив кентавра на землю. — А то, не ровен час, поймут не так, и опять разразится война.
— Обязательно скажу, — пообещал кентавр.
Налдо пополз обратно в Кондракову пещеру доигрывать партию в кости, а Че усадил Сэмми себе на спину и легким галопом припустил на север. Искать дорогу ему приходилось самому: кот возвращался туда, откуда отправился в поиск, а находить обратный путь он не умел.
Да и устал котик изрядно: поди-ка промчись стрелой от Горба через Великий Провал.
Сам Че тоже валился с ног, однако чувство долга заставляло его скакать вперед без остановок, со всей возможной скоростью. Вот доберется до горы с доброй вестью, обрадует Гвенни, тогда можно будет и отдохнуть.
Возле Горба кентавр появился на рассвете. Часовой узнал его и пропустил с радушным гоблинским приветствием.
— Проходи, уродец с крылышками. Порезвись до полудня, а там тебя на конину пустят.
Не теряя времени, Че направился в покои Гвенни.
Идиот, несший караул у ее дверей, похоже, обрадовался появлению кентавра.
— Надеюсь, у тебя хорошие новости, — сказал он. — А то ведь, если Гвенни проиграет, плохо будет не одной ей.
«А не такой уж он Идиот», — отметил про себя Че. А вслух сказал:
— Новости что надо.
Он постучался, и Гвенни, одетая в ночную рубашку, открыла ему дверь.
— Ой, Че! Вернулся! — воскликнула она, бросаясь ему на шею.
— В полдень сюда явится Налдо, — не успев даже отдышаться, выложил кентавр главную новость. — Он будет биться на твоей стороне. Установи метку на том месте, где произойдет поединок.