– Ну так и есть, наша сладкая парочка. Огневичок и глазастая Ларинья.
Она снова щелкнула пальцами.
Тим знал, что полная женщина – это только фальшивое обличье, принятое колдуньей. Но сейчас ему впервые довелось наблюдать, как волшебники снимали оборотное заклинание.
По даме будто волна прошла сверху вниз. Тиму показалось, что воздух вокруг нее потускнел и задрожал, как марево в пустыне. И сквозь эту трепещущую дымку начал проступать новый силуэт.
Тонкая и гибкая фигура в зеленом платье, черные длинные волосы, раскосые глаза.
Лила еще сильней сжала руку Тима:
– Лецария, – прошептала она, а потом громко выкрикнула: – Убийца!
– Дура! – проскрежетала колдунья. – Я в тот день тебе жизнь спасла. И где твоя благодарность? Куда ты вообще полезла? Чего тебе не сиделось в своей норке? Славы захотелось? Безмозглая дура!
Тим хмыкнул – здесь он был полностью согласен с волшебницей.
Лила поникла:
– Отпустите нас, пожалуйста. Я исчезну из города. Навсегда. Прошу вас…
Колдунья нервно дернула плечом:
– Поздно, милая, поздно. Раньше надо было думать, – глубоко вдыхая, волшебница повела носом слева направо. – Разве ты не чувствуешь, как все изменилось? Сейчас совсем другая музыка…
Тим чуть сжал руку Лила:
– Приготовься, – процедил он сквозь зубы, – на счет «три» прыгаем влево.
– Три! – тут же закричал он, дергая Лила.
Они едва увернулись от ярко сверкнувшей молнии. Тим ошеломленно поднял глаза к колдунье. Молния? Кса! К такому он не был готов. Вот же мерзавка! Злость снова всколыхнулась в Тиме, он крепче схватил руку Лила.
Ладно, в нас еще попасть надо.
– Приготовься!
Прыжок вправо, еще вправо, потом влево. Хорошо, что Лила хорошо чувствовала его движения, его руку, отчаянно сжимавшую ее, и мгновенно прыгала в нужную сторону. Приземляясь, Тим отпускал ее, но, вскакивая, хватал снова.
– Клянусь богиней Минсаей, он хорош! – колдунья на миг остановилась и раздраженно всплеснула руками. – А я-то еще не верила бедолаге Тирачу!
– Три! – крикнул Тим, прыгая влево.
Земля содрогнулась – сверху, едва не задев Лила, обрушился невесть откуда взявшийся ледяной столб. Широкий – Тиму едва ли обхватить, а высотой в два роста человека.
Несколько мгновений – и с неба ухнула еще одна ледяная колонна, потом вторая, третья… Они были такими тяжелыми, что, ударяясь о землю, глубоко погружались в нее, выбрасывая в воздух осколки мостовой. Последний столб ухнул с такой силой, что вошел в грунт наполовину.
Из-за колонн все сложнее получалось уклоняться – места для маневра оставалось все меньше.
При следующем рывке Тим едва уцелел. За мгновение до удара земля неожиданно поплыла у него под ногами, и он, отпустив Лила, лишь чудом сумел отскочить в сторону. Правда, неудачно упал, ударившись рукой, вдобавок в ногу врезался кусок брусчатки. От боли у Тима потемнело в глазах.
Шатаясь, тяжело дыша, он с усилием поднялся, и снова нащупал руку Лила. Кса! Почему ее ладонь такая ледяная? Почему дрожит?
Тим резко обернулся на нее. Кса! Совсем бледная. Похоже, ее тоже задело. Держись, держись!
Но положение быстро ухудшалось – через минуту Лила тряслась уже всем телом. Ее лицо стало красным-красным, по лбу струился пот, а сознание в глазах едва читалось.
Нет-нет-нет! Не время, Лила!
Тим в отчаянии посмотрел на Лецарию. Но та глядела на него холодными и бесстрастными глазами безжалостного убийцы.
Неожиданный шорох слева заставил Тима кинуть туда быстрый взгляд. Грунт возле столба, который глубже других воткнулся в землю, начал проваливаться. На глазах Тима разом ухнул вниз крупный кусок мостовой, обнажив серые плиты. Водосточный канал! Этот столб пробился в водосток!
Тим снова повернул голову к Лецарии. Она не видела! Она не могла это видеть, столб прикрывал провал. Это их шанс. Но не сейчас, нужно дождаться момента. Эх, дыра маловата, но ничего, они должны протиснуться.
Лецария медленно стала поднимать левую руку. Тим напрягся.
– Лила, – прошептал он, – видишь водосток?
Вместо ответа ее ладонь странно потянулась вбок. Тим перевел взгляд – кса! Лила медленно оседала, потеряв сознание. Нет! Только не сейчас!