Но им все равно пришлось вести себя крайне осторожно – и так неспокойный город сегодня по-особенному был взбудоражен. У входов в лавки и таверны, а то и просто посередине улиц, люди собирались небольшими группками и тревожно шушукались.
До Тима долетали отдельные фразы:
– Что там произошло?
– Какая-то стычка.
– Говорят, есть пострадавшие.
– Какая нам разница, кто во дворце сидит? Лишь бы порядок был.
– Давно пора этого Тнагура вышвырнуть из города.
– И девчонку.
– Нет, ее надо вздернуть на виселицу!
– Да, главное, чтобы порядок был.
– Глупо против такой силищи переть.
– Нужно договариваться.
– Без нее давно все бы уже успокоились.
Улица Жестянщиков, по которой ребята продвигались, теснилась между двух рядов грязных каменных домов, сплошь завешенных обшарпанными вывесками торговых лавок, мастерских и трактиров. Старые чугунные столбы фонарей с потускневшими стеклами чуть покосились, местами взбугрив и так неровную мостовую.
Сегодня здесь было так многолюдно, что ребятам иногда приходилось идти гуськом, лавируя между горожанами.
– Ведут! – пронесся вдруг далекий крик.
– Ведут, ведут! – зашелестело по улице.
Вокруг сразу стихло, все уставились в одну сторону, вытягивая шеи.
Ребята настороженно замерли. Тим даже встал на цыпочки, пытаясь разглядеть, что происходит.
Какая-то процессия. Мелькнули темно-серые накидки. Кса! Колдуны!
Тим скрипнул зубами – вот так вляпались. Надо уходить. И срочно.
– Дорогу! – рявкнул совсем рядом грозный голос.
Это оказался широкоплечий солдат в форме городской стражи – он неожиданно вынырнул из-за толпы.
Люди сразу испуганно хлынули в стороны – спотыкаясь, падая, но тут же снова вскакивая. Через мгновение ребята оказались тесно прижатыми к стене какой-то таверны.
Кса! Не успели. Теперь не привлекая к себе внимания отсюда и не выбраться.
Тим зыркнул глазами вправо:
– Сюда, – шепнул он друзьям.
Сделав усилие, он протиснулся ближе к дверям заведения и дернул за ручку.
Закрыто!
Тим почувствовал растерянность. Как же так? Ледяное прикосновение к затылку вроде бы показало в эту сторону. Неужто он ошибся? Что же делать? Может, постучаться?
Он прильнул к узкому окну возле двери, приложив к стеклу руку.
Н-да, пожалуй, они не откроются. Внутри шла большая уборка – все столы и стулья были сдвинуты к стенам, пол покрыт толстым слоем пены, а в дальнем конце зала работница усердно драила его шваброй.
Тим озадаченно глянул на друзей и покачал головой. Но ничего, они в шляпах, их не узнают – успокаивал он себя. Просто тихонько постоять, не привлекая внимания.
В затылке снова тоненько застрекотало, но Тим не понимал, что еще он может сделать.
Процессия с колдунами приближалась. Люди потихоньку все плотнее и плотнее прижимались к стенам. Ребята еще глубже натянули шляпы. К счастью, перед ними стоял еще один ряд горожан, довольно плотно прикрывавший их.
Наконец напротив размашисто прошагала голова колонны – пятеро стражников.
– Расступись, – все время прикрикивал один из них.
За ними прошествовал крупный человек в темно-серой накидке, быстро бросающий по сторонам цепкие взгляды.
Этого колдуна Тим никогда раньше не видел.
Дальше гуськом, прихрамывая, со связанными руками, шли генерал Тнагур, Матиус и еще два лейтенанта, которых Тим однажды встречал в «Сломанном клыке». Похоже, им крепко досталось – одежда была местами порвана и окровавлена, у генерала на голове – запекшаяся кровь, Матиусу, кажется, сломали руку – она безвольно болталась, как тряпка.
Слева и справа от пленников шли солдаты городской стражи – они настороженно зыркали глазами, держа ладони на рукоятях мечей.
Все молчали, вокруг повисла тяжелая, смрадная тишина. Ее нарушали лишь звуки шаркающих шагов и бряцанье оружия.