– Лила? Какое кгасивое имя! Какая пгекгасная девушка! – Неподгажаемо! Неподгажаемо! – несмотря на то, что он сильно картавил, в его речи сразу узнавался соленский акцент.
Тим недоуменно приподнял бровь. Лануш, быстро глянув на друга, продолжил:
– Мастер Конир, мои друзья, в особенности Лила, выразили надежду, что им будет позволено стать свидетелями моего представления королю. Если вы будете так любезны…
Шеф-повар все еще не отрывал масляного взгляда от Лила. Ну что за человек – прошла всего минута, а Тима он уже начал бесить.
– Несомненно! Несомненно! Кто может отказать такому очаговательному созданию? – с лица мастера Конира не сходила сальная улыбка.
Тим непроизвольно погладил графин. Высокий, стеклянный, он очень удобно ложился в руку. Увесистый такой.
Неожиданно шеф-повар, будто почувствовав неладное, вернулся к серьезному тону:
– В зал не входить, смотгеть только из холла. И пгошу вас, очень, очень тихо. На, дегжи.
Он всучил Ланушу поднос с туфинами.
– Не отставайте! – шеф-повар уверенно направился к дверям.
Ребята тут же двинулись за ним.
Глава 4 Королевский банкет
Мастер Конир повёл их кружным путём, избегая запылённых залов. Наконец они поднялись по широкой мраморной лестнице на второй этаж и оказались перед высоким, залитым светом холлом у зала приёмов.
Слева, из огромного, на всю ширину помещения, окна открывался вид на прекрасный, ухоженный дворцовый сад – уже погруженный в вечерний сумрак, который прорезывал свет россыпи фонарей.
Справа, у высоченных распахнутых дверей, царила настоящая суматоха. Возле нескольких больших столов, уставленных напитками и яствами, суетилось с десяток слуг в белых рубашках и бордовых брюках. Они спешно составляли на серебряные подносы сверкающие хрустальные фужеры с вином и тарелки с бутербродами и закусками – и уносились в зал.
Ребята вместе с мастером Кониром подошли ближе, остановились в нескольких шагах напротив входа и отсюда заглянули внутрь.
Зал приемов оказался огромным – разноцветные витражи тянулись вверх не меньше чем на четыре этажа. Стену слева, которая тоже просматривалась отсюда, украшали длинные полосы гобеленов, а все помещение заливал яркий свет магических фонарей.
Прием был в разгаре – в зале полно народу. Дамы блистали в элегантных платьях, породистые мужчины вышагивали во фраках и мундирах, пестрели накидки мастеров – синие, изумрудные, серебристые. Некоторые сидели в креслах возле изящных столиков, но большинство медленно прохаживалось, чинно разговаривая и налегая на вино и закуски. Мягкая мелодия арфы наполняла дворец атмосферой спокойствия и гармонии. Ощущалась работа мастера по ароматам – из зала веяло легким, приятным запахом терцили.
Шеф-повар оставил ребят, а сам прошел в зал. Он пробрался к уже знакомому Тиму полному мужчине – распорядителю приема, – и они начали перешептываться.
Тим с интересом глазел на все вокруг. Он лишь один раз присутствовал на таком банкете, в Роднаре, и теперь невольно сравнивал их. Отличий, конечно, хватало, например…
Тим не успел додумать, как Лануш вцепился в его руку. Его голос дрожал от волнения:
– А вдруг король не любит сладкое? Все пропало! Надо было «Охотничий азарт» готовить!
– Не волнуйся, Лануш, – Лила гладила того по плечу, – главное же, чтобы принцесса попробовала. А девушки всегда любят сладкое!
– А, да, точно, – Лануш тяжело дышал, на лбу у него выступил пот, – вы, кстати, не видите ее? А то у меня что-то со зрением.
Тим пристально вгляделся в зал, потом даже сделал пару шагов влево – чтобы больше обозреть:
– Не знаю, старина! Там, и там, и там вдалеке вижу рыжие волосы, но лиц отсюда не разглядеть…
– Сейчас выясним! – решительно произнесла Лила.
Она повернулась к высокому парню – служке, который из большущей темной бутылки разливал вино по фужерам:
– Любезнейший, не подскажете, что-то я не вижу принцессы Интарес?
Тот вздрогнул – на скатерти начало расползаться яркое пятно гранатового оттенка. Служка медленно поднял глаза, удивленно воззрившись на Лила, и молчал.